Крайнее время

«Куй железо, пока Горбачёв» – за пять лет рядовой сотрудник иновещания превратился в телемагната.

Влад не был лучшим, он был первым. И шоуменом, и продюсером, точно угадывающим, что нужно публике. Первые мыльные оперы («Рабыня Изаура») появились на советском экране благодаря в том числе и ему. Он первый перенёс иностранные форматы в наш эфир, что, между прочим, впоследствии закрыло дорогу отечественным новациям – легче скопировать, чем придумать что-то своё. Будучи убеждённым союзником власти, Листьев вместе с Березовским и другими осуществлял перевод советского телевещания на капиталистические рельсы.

И то, что мы видим сейчас, это во многом его детище: и «Угадай мелодию», последнее шоу, которое он продюсировал, и появившиеся позже «Пусть говорят», «На самом деле», «Док-ток»… Да, не при нём на первой кнопке появилась Ксения Собчак, но он создавал канал, на котором такие персонажи желанны. ТВ не как просветительский, а как развлекательный проект, более бизнес, чем общественно важный, объединяющий нацию институт. Тогда это всё выглядело свежо, продвинуто, рыночно.

Родные и близкие

Сильное впечатление произвёл большой фильм Первого канала «Памяти Влада Листьева». Не мастерством создателей, а интонацией. Он другой, не перекрёстный допрос свидетелей, не копание в бизнес-схемах, которые привели к катастрофе, а баллада о друге, признание в любви, благодарное поминовение. В финале Эрнст вспомнил взглядовский сюжет Влада, и вправду замечательный, – про паренька, пожалевшего больную лошадь, которую хотели забить на мясо.

Он её выкупил, вылечил и… поселил в своей московской квартире. В фильме говорилось, что этот сюжет Влад снял как будто о себе самом, «он внутри добрый маленький очкастый мальчик». Потом Эрнст сказал, что парень-лошадник позже погиб на войне и что Влад тоже – «ушёл на свою войну и погиб». Какую войну? Кого с кем? Во имя чего? Все говорили, что он погиб из-за денег.

Разумеется, «добрый очкастый мальчик» в Листьеве был, был, не сомневаюсь, и в Эрнсте, и в Березовском… Он был в каждом, но его победил какой-то злой и жадный дядька.

В фильме Первого канала грела искренность, от которой отвыкли, и ностальгия – закадровый текст читал, видимо, один из авторов фильма Леонид Ярмольник (титров найти не удалось). Грустно, жизнь прошла, многие уже последовали за Владом, а он в кадре по-прежнему молодой, прекрасный, как наша молодость, как самое хорошее в нас, когда ничего из того, о чём не хочется вспоминать, ещё не совершено.