Тени давно минувших лет

Первыми пристали три ладьи, высадившие пеших ратников, сразу оцепивших вместе с ратниками из замка небольшое пространство около мостков, оттеснив городской люд. Ладьи отвели в сторону и поставили на якоря совсем рядом с берегом. Следом пристали три большие «набойные» ладьи, с которых кроме дружинников свели несколько лошадей. И опять ладьи отошли в сторону, встав на якоря. В это же время с десятка ладей на берег, частично прямо в воду, высадилось с сотню пеших ратников. И только после этого к мосткам причалили три большие набойные ладьи с дощатой палубой, под которой разместились невидимые с берега гребцы.

С палубы первой ладьи сошли княгиня Ольга и Святослав в сопровождении Свенельда, с двух других – княжеская челядь.

Малк и Малка стояли в толпе глазеющих горожан, но Тов был с замковыми ратниками. К княгине и Святославу подвели лошадей, Свенельд тоже сел на коня, и, сопровождаемые пешими ратниками, они двинулись к городу и через него – к замку. Следом за ними, выставив охрану у ладей, двинулись к замку остальные ратники, ведя несколько лошадей в поводу.

Толпа горожан медленно расходилась по домам, обсуждая редкое зрелище.

Малка и Малку вызвали к княгине на следующий день к вечеру. Неизвестно, что рассказал княгине Трюгви, но она была очень удивлена. Да еще и священник, явившийся к ней после жреца храма Велеса, рассказал удивительную историю, как он частенько беседует с маленькой Малкой, которая знает Библию лучше, чем он. Ольга расспросила Малка о последних событиях в государстве хазар.

Особенно ее интересовало, здоров ли мэлэх Иосиф. Как бы невзначай спросила, кто станет мэлэхом, если с Иосифом что-то случится? Малк честно ответил, что, вероятно, единственный внук, который у него недавно родился. Хотя реально управлять страной будет старшая дочь Иосифа – мать мэлэха. Тут же подчеркнул, что он, Малк, ни в коем случае не претендует на то, чтобы стать во главе государства. Его к этому не готовили. Княгиня почти сразу утратила к нему интерес, обратилась к Малке. Разговор до этого шел на славянском языке, но к ней она обратилась по-гречески, хотя сама была в нем весьма слабовата:

– Кто тебя учил читать Библию?

– Библии у меня нет, я читала со священником только Евангелие. А Тора у отца имеется, но она на иврите, со священником ее трудно читать: он иврит не знает.

Княгиня сразу же перешла на славянский:

– А ты знаешь язык евреев?

– Конечно. Дома мы говорим на хазарском языке, но книги у нас на иврите.