В пасти дракона

– Только пока никому об этом ни слова… Иначе мы погибнем, не достигнув своей цели… Слуги Дракона всесильны, а здесь был самый всемогущий из них… Так, брат, помни!

Всё это они говорили вполголоса и с самым бесстрастным видом. Зинченко, меж тем, несколько пришёл в себя. Ужас, вызванный злодеянием, прошёл и сменился негодованием. Честный казак теперь был уже вполне уверен, что виною всему был не кто иной, как образина, которого он так легкомысленно упустил на Мандаринской дороге накануне.

«Уж попадись ты мне только, треклятый, в руки, я те задам кузькину мать!» – сетовал Зинченко, но, в то же время соображал, что подозрительного китайца теперь вряд ли удастся не только поймать, но даже увидать. Ветра в поле искать было нечего… Даже и думать о поимке убийцы не приходилось…

И на Николая Ивановича вид зверски убитого старика произвёл самое тяжёлое впечатление. Теперь он себя обвинял, что вмешался и это дело и до некоторой степени являлся виновником того, что подозрительному китайцу удалось ускользнуть от Зинченко.

«Нужно будет непременно сделать об этом самое подробное донесение! – думал Николай Иванович. – Без сомнения, тут кроется что-то далеко не обычное… Здесь тайна, может быть, очень и очень важная!..»

Весьма скоро ему пришлось убедиться, что он нисколько не ошибался.

К полудню уже был известен перевод доставленного Зинченко воззвания.

В городе только и говорили о нём. Послание Дракона комментировалось на все лады, но никто не хотел думать, чтобы крылось под всем этим что-либо серьёзное.

– Э! Каждый-то год в Китае такие вспышки случаются! – говорили артурцы. – Ничего только особенного не выходит из них. Не в первый раз…

– Это всё против миссионеров движение на рода…

– Именно! Да и то сказать, эти господа что осенние мухи: как от них ни отмахивайся, лезут с назойливостью…

– Понятно! У всех миссионеров Запада цели не просветительные, а политические: они только расширяют своё влияние, подчиняют себе Китай, воображая, что таким путём можно овладеть этой махиной… Поплатятся они за это…

– И всё-таки идут!

– Посылают – ну и идут! Жаль только, что из-за них роняется имя европейца в понятии китайцев.