Святополк Окаянный

Но багровая луна показалась в щелях крыши хижины, и тут же картины любви сменилась другими картинами, мерзкими и тошнотворными. Теперь юноша видел мертвые разрубленные тела; и головы, лежащие отдельно от тел; и вспоротые животы с бело-синими узлами человеческих внутренностей. И реки крови.

Святополк невольно задрожал, и загоревшееся в его глазах желание потухло, как огонь залитый дождем.

– Нет, – сказал он с печалью в голосе. – Не пойду.

Любава, только что видевшая в глазах любимого огонь желания и не понявшая причин внезапного холода, обиженно всхлипнула.

– Ты меня разлюбил?

Святополк сделал движение, чтобы обнять ее, но тут же испуганно отпрянул и рассудительно проговорил:

– Нет, Любава, я тебя не разлюбил. Но мне необходимо подумать над тем, что я узнал только что. Это очень важно. Я завтра приду, – пообещал он.

– Завтра ты уедешь в Киев, – напомнила обиженная Любава и исчезла в темноте.

Ночью Святополк спал тревожно, однако, проснувшись утром, он так и не мог вспомнить, что ему снилось.

Так как за окном было еще темно, Святополк некоторое время лежал в постели и, размышляя, смотрел в темный потолок. От сна оставалось только ощущение тревоги. Наконец, он сообразил, что его так сильно встревожило. Если старуха-колдунья смогла для него открыть его судьбу, то то же самое она может сделать и для других. А когда чужой знает о твоей судьбе, это очень опасно.

И когда рассвело, Святополк встал с твердым намерением.

Явившемуся к нему с утренним докладом воеводе Свенельду Святополк хмуро приказал:

– В хижине, в дальнем углу двора, живет старуха. Она колдунья. Чтобы не случилось неприятностей, надо посадить ее в подвал под замок. Кормить и поить сытно, но разговаривать с другими не давать.

Свенельд удивился.

– Я хорошо знаю княжеский двор и всех его жителей. Нет у нас никакой старухи.

Святополк упрямо поджал губы.

– И все же – проверь.

Через час Свенельд вернулся с докладом.

– Князь, не нашли мы никакой старухи. Откуда ты слышал про колдунью?

Святополк, не желая выдавать Любаву, пробормотал что-то неопределенное:

– Так, приснилась какая-то дрянь…

Да и что говорить о колдунье, если ее след уже простыл.

Глава 5

Киев стоит на крутой горе. Стоит высоко, подальше от черных людей и связанных с ними неприятностей.

Здесь, на горе, киевские князья чувствуют себя богами.