Тревожная Балтика. Том 1

Он никак не походил на тех, кого можно было бы, в прямом и переносном смыслах, назвать безусыми юнцами; давно начал бриться, жил в общежитии химико-механического техникума, который закончил весной, и был достаточно самостоятельным парнем. Получив возможность доучиться, к двадцати с половиной годам он еще не знал, что такое кирзовые сапоги и портянки, и это обстоятельство, конечно, огорчало и задевало его самолюбие.

Случилось так, что его родители находились далеко, на Крайнем Севере, в приполярном молодом городе Новый Уренгой, поэтому выработанный десятилетиями обряд проводов на службу проходил без материнских слез и от цовского напутствия.

Вместо родителей Александра провожали двоюродные сестры средних лет с мужьями, из опыта знавшими, что ждут его тяжкие испытания, о которых мальчик, возможно, и не догадывается. На добром Сашином лице не было грусти, а лишь только горячее желание выполнить то, к чему он долго готовился. С первого взгляда юноша с ранними залысинами на широком лбу, с большим носом на худощавом лице, в шапке-ушанке на голове и телогрейке был неприметен. Но выразительные глаза, спокойный нрав, а главное, тренированное тело привлекали внимание к знавшему себе цену удальцу.

Прерывая несмелый разговор окружения Александра, один из мужчин произнес слова напутствия, по-доброму пожелав держаться, так как поначалу будет тяжело, а полегчает после второй половины службы. К нему поспешил присоединиться другой, в кожаной фуражке на совершенно лысой голове. Протягивая руку, прибавил дурашливо:

– Давай, Шурик, – при этом крепко сжав ему руку, – служи, как я служил, – и лихо хлопнул парня по плечу.

Его жена, моложавая стройная блондинка, подала узенькую ладошку и нежно побеспокоилась:

– Ну, Сашенька, самого тебе хорошего: не болей, и чтобы, не дай бог, ничего с тобой не случилось, главное – здоровым вернуться домой.

Вместо слов другая сестра подарила ласковый поцелуй в щеку, ладонью стерла след помады.

На все Александр лишь мягко улыбался, душой благодарил за заботу, тепло и внимание.

Полное различных слухов армейское будущее его совершенно не пугало; фанатично веруя в свои силы и здравость ума, он расценивал службу как некую жизненную необходимость с возможностью проверить себя.

Новобранец вскинул на плечо рюкзак и, сопровождаемый взглядами провожающих, неторопливо зашагал к КПП военкомата. Остановившись у дверей, посмотрел на расстроенных родственников, ответил улыбкой и приветственным взмахом руки.