Пламенеющие храмы

А дочку свою Анелию она, опасаясь прихода моровой чумы, уж больше года как отправила к дальней своей сестре, которая ныне живет с мужем в глухом поместье Мармутье, что в одном дне пути от Страсбурга. Сама мадам де Моммор ехать никуда не собирается, если уж судьба ей помереть, так уж в своем родном городе и доме, в котором она достойно прожила уж Бог весть сколько лет.

Не найдя Анелии, Жан вернулся домой и уж более оттуда почти не выходил, проводя часы то за письменным столом с книгами и рукописями, то у постели отца.

Так прошло несколько недель. В одну из ночей старик Жерар мирно предстал пред Богом, приказав всем долго жить. Он так и не успел подняться на нуайонский Олимп на плечах своих сыновей, о чем он так мечтал. Хотя всё, о чём он когда-то загадывал, сбылось. Сыновья его стали достойными людьми.

Схоронив старика, Жан недолго раздумывал о планах на будущее. Слово отца над ним уже не довлело, а бенефиции, когда-то выхлопотанные им у епископа, вполне позволяли Жану заняться тем, о чем уже давно мечтал.

Он отправился в Париж в свою aima mater, чтобы продолжить обучение, но уже не на юридическом факультете, а на богословском. Картину, как устроен современный мир и социум, Жан для себя уже составил за прежние годы учебы. Надо сказать, что картина эта не слишком увлекла его. И даже призрачная возможность что-либо в этой картине изменить его не прельстила. А вот мир духовный, напротив, увлёк его целиком. Увлёк своей сокровенной тайной, которую нельзя было увидеть или прикоснуться к ней, но можно было ощутить сердцем. Прибыв в университет, Жан со всем тщанием и энергией погрузился в учёбу. Он снова стал лучшим слушателем факультета, профессора были от него в восторге. Появились у него и друзья, вместе с которыми он по вечерам нередко заседал в каком-нибудь уютном местечке за кувшином вина, обсуждая новости, делясь своими мыслями и идеями. Много новых идей витало в ту пору в серой дымке Парижа. По обыкновению, все новые веяния, а особливо самые дерзкие из них, кружили молодые головы, за годы штудий научившиеся размышлять самостоятельно. Среди молодых людей, и Жан был в ихчисле, сформировался своеобразный кружок, который они в шутку окрестили «Старое колесо» по названию трактирчика, где они обычно любили собираться. Однажды, на одном из таких заседаний, разгорячённые спорами и вином «In vina veritas», не то в шутку, не то всерьез друзья решили выдвинуть Николя кандидатом на очередных выборах ректора университета.