Про крыс и людей

 – Ради будущего наших детей, ради процветания коммуны и всего свободного крысиного общества! – и напоследок что-нибудь из славного, но в то же время трагического прошлого его отечества. – Однажды уже враг благодаря нашей беспечности подходил к нашим воротам, и лишь кровавой ценой нам удалось разгромить тогда армию котов и возглавляемого ими жестокого националиста-диктатора, генерала Китлера. Наученные горьким опытом, в этот раз мы на корню, так сказать, в зародыше, пресечем любые поползновения потенциального врага на наши ценности и свободы.

Слава крысиной конфедерации! – и Сайман торжественно сжал лапку в кулак, поднятый над головой. А затем, не дожидаясь вопросов из зала, резко развернулся и быстро-быстро, уже почти бегом, направился к выходу. У самых дверей его поймал тот самый крыс с потным хвостом.

– Здорово, брат, у тебя вышло, сориентировался в ситуации, хвалю! Такие нам нужны, – крыс по-приятельски обнял Саймана за плечи и повел его в дальний угол площадки. Повсюду сновали крысы различной политической и физической увесистости, каждый из которых намеревался добраться до трибуны, чтобы толкнуть под шумок свои интересы.

Как правило, это удавалось тем особям, оба параметра которых являлись исключительно внушающими. Что касается массы тела, то поговаривали, что многие из них сидят на специальных диетах, позволяющих набрать большой вес, при этом сохранив подвижность и ловкость. На это также косвенно указывала особая популярность у представителей политической элиты, такого вида спорта как сумо-штино, где атлеты внушительных комплекций соревновались, кто из них за ограниченное время сможет съесть больше головок одноименного сыра. Традиционно сильнейшими в этом виде спорта считались атлеты, живущие в небольшой азиатской коммуне на самом востоке конфедерации, расположенной на архипелаге в тихом океане. У них даже имелась собственная философия на этот счет, но что именно она собой представляла, Сайман никогда не знал, ему было не до того. Из школьной программы он только помнил, что даже солнце у них называлось сырной головой и было изображено на флаге, только почему-то красное, видимо, в силу необъяснимых этнических особенностей, присущих ментальности местных крыс. Так или иначе, глядя на здоровенных, жирных крыс, толкущихся у заветного места, Сайман понимал, что отчего-то они совсем не напоминали тех исполненных достоинства и душевного умиротворения восточных собратьев, на которых они так старательно хотели походить.