Нити Судьбы

Ситуация на Восточном фронте всё осложнялась и однажды, сидя за шахматами, генерал Ульм мне сказал, что войну Германия уже проиграла и что он рано или поздно будет отправлен на фронт, а меня спросил: «Куда я хочу?» Он сможет оформить мне свободный пропуск, и я смогу идти куда захочу. Я выбрал Австрию. Об Австрии много читал и знал, что австрийцы более обходительные как люди, чем немцы. Он мне оформил пропуск, пайки из немецкого резерва вплоть до Австрии и вручил два закрытых конверта, которые должен буду представить властям, где я найду нужным.

По прибытии в Австрию, я остановился в городе Линце на Дунае. Представив конверты коменданту, убедился, что мне дали возможность выбора, остаться в городе и пойти работать на завод или уйти в деревню к крестьянину. Я выбрал последнее так как города бомбили днём и ночью. А деревня, куда меня направили, была в 18 км. от города. Так как деревня куда я прибыл, находилась в предгорье, то город Линц оттуда был хорошо виден. Бомбили его нещадно, американцы с юга, а англичане с севера.

Линц был очень крупным индустриальным городом, где была сконцентрирована военная промышленность. К концу войны город был – одни развалины.

Семья, куда я попал, оказалась очень любезной и приняла меня хорошо. Бауэр, (так называется по-австрийски крестьянин), первое, что дал мне понять, что он не нацист, а социал-демократ и что я могу чувствовать себя как дома. А я поначалу дал им понять, что не понимаю по-немецки (хотя учил его в школе), на что он позвал одного парня, который работал у соседа и понимал их язык.

Парень был из западной Белоруссии и говорил по-русски. Мой хозяин объяснял ему, а он мне переводил – что я должен делать, а я только кивал головой, что – понял. Таким образом, я превратился в батрака. Это меня сильно удручало морально, но другого выхода не было…

Я давно сознавал, что жизнь моя катится непонятно куда. Был момент, плюнул на всё, решил, что только напряжённо работая смогу отвлечься от тяжких дум и восстановить силу. У меня не было совершенно в это время мышц, вместо них, какое-то мягкое тесто.

В крестьянских семьях обычно во время ужина обсуждалось то, что будут делать завтра. Я сидел как истукан, но понимал – говорилось о завтрашнем дне, кто – чем занимается. На утро сам поднимался раньше всех, делал что нужно и когда приходила хозяйка доить коров (а их было 8) всё было вычищено, убрано, постелено свежей соломой и вёдра с тёплой водой для мытья вымени у коров стояли в конюшне.