Когда запоют снегири

 – Кажется под Старой Русой, там, вроде бы, немцы даже в окружение могли попасть, а это в августе было.

– Так-то, оно так, но, что-то армии нашей, вместе с Буденным, да Ворошиловым, здесь пока не наблюдается, – не менял, своего настроения Андрей Максимыч. – Пока, что, германец гуляет по нашей земле, а где же это самое; – воевать будем на чужой территории, причем, малой кровью, да могучим ударом. А как же иначе, стратеги херовы, ядрена вошь в вашу душу мать.

– Умеешь, все-таки ты Максимыч, красноречием своим дух собеседников, на должную высоту приподнять, – явно иронизировал Евгений.

 – Где это видано, чтобы нападающий внезапно, словно из-за угла, сразу же и проиграл. Даже дурачку должно быть понятно, что любой напавший исподтишка, всегда, на первых порах имеет преимущество. Особенно, если нападает на доверчивого партнера. А, коль скоро, до сих пор, не может справиться с Красной армией, стало быть, вот-вот по физиономии получит, обязательно должен получить так мне кажется.

– Выходит, как не крути, один хрен, тупик, здесь не передохнем, так свои, дорогие товарищи с превеликим удовольствием расстреляют, – заключил Сергей.

 – У них, это, за милую душу, раз плюнуть.

– Да, шлепнут кого-то, – согласился Евгений. – А как же, но думается мне, не всех и не каждого. Наверняка разбираться будут. Ведь согласитесь, все мы в плен попали при различных обстоятельствах; кто-то, быстрей фрицев, бежал, с поднятыми руками, к ним навстречу. А другой боец, дрался до последнего, специалисты дознаются, кого-то, возможно, даже наградят.

– Ну, ты Женя хватанул. – Наградят, конечно наградят, а потом догонят, да и еще наградят, так, что мало не покажется, – взволнованно зачастил Андрей Максимыч, – кому, мы на хрен, сдались? Смотри, вон какая лавина, каждый со своей торбой поступков, да думок потаенных, об этих самых поступках, и все без исключения с надеждой выжить любой ценой, а как выжить, вот это и есть, мне так кажется, главная думка каждого из нас. И какой специалист, скажи мне на милость, сможет разгрести все это говнище.

Если даже по своей доброте, и захочет это сделать, в чем, исходя из опыта предвоенных лет, приходится основательно сомневаться? Что-то не верится мне, что кто-нибудь из нас, сможет выйти сухим из воды, какую-то кару придется терпеть, каждому. Если уж очень повезет, каким-то единицам, то возможно отделаются небольшим сроком, но думаю это лучшая из возможных перспектив.

Разговор затягивался.