Осколки памяти

Собачонка жадно вылакала всю воды чашки и спряталась в ногах сидящего на корточках пленного, Ахмат перевёл его слова Кудрину:

– Он говорит, что не верит вам, русским. Какой-то хан Базар-бай сказал, что пленным вы вспарываете животы, достаете потроха, набиваете кишки мясом, потом жарите их на костре и съедаете, из головы и костей пленных делаете холодец и кормите своих ханум. Я ему вправил мозги, слушает внимательно, видно, не совсем свихнулся, и пожить ещё хочет. Говорит, устал скитаться за границей, но очень боится гнева Базарбая и его подручных.

На днях тот безжалостно расправился с афганцами, которые сбежали из лагеря и были пойманы близь перевала. Всех повесили в центре селения, предварительно испоганив их мужское достоинство. Махмуд сам напросился с караваном. Кстати, собачка эта его, хотел незаметно скрыться и вернуться домой. По его словам, караван вышел на пару часов раньше запланированного, причину не знает. Впереди шла разведка, уничтоженная вертолётами, никто не подумал, что их атакуют на ночь глядя, да ещё вблизи границы. Махмуд благодарит Аллаха за своё спасение. На полпути в районе озера Суруби караван должна встретить охрана Масуда, случайно он слышал, где должна состояться встреча.

Кудрин достал из планшета карту, подготовленную капитаном Быстровым, и протянул Ахмату, который спросил о чём-то пленного. Увидев голубое пятно озера, Махмуд ткнул грязным пальцем в название кишлака, притулившегося с северной стороны перевала и перечёркнутого на карте жирным крестом, удивлённо взглянул на Ахмата.

– Всё точно, лейтенант, разведка сработала неплохо. Можете передать комбату Востротину, пусть встречает моего тёзку Масуда на перевале вблизи озера Суруби.

– Передам… Спроси, какой была охрана каравана, кто старший.

Ахмат вдруг нахмурился и, не глядя на Кудрина, ответил:

– Я спрашивал. Охрана 120 человек, старший каравана Усман Алиханов, в настоящее время в лагерях и учебных центрах находится около тысячи боевиков, имеется ударный батальон чалмистов.

– Что за чалмисты?

– Это мой отец так называет отборных головорезов, элиту его отряда.

– А какое отношение имеет твой отец к этому воинству?

– Видишь ли, в чём дело, лейтенант. Мне говорить об этом не следует, но раз так получилось… Усман Алиханов – мой отец.

Кудрин раскрыл рот от удивления.

– Не беспокойтесь, лейтенант, меня проверяли, кому следует.