Очерки. Том второй

В начале 90-х годов ещё не знали, где оно, но с течением времени из земли начал выступать фундамент Знаменской церкви. Любопытно, что по всему периметру старой кладки росла густая тёмная крапива. Поэтому современную часовню установили именно там, с восточной стороны, где находился предполагаемый алтарь. От деревянных построек не сохранилось никаких следов.

Место, где находились избы казаков, пришедших сюда с воеводой Афанасием Пашковым, остаётся неизвестным. Говорят, что замученные Пашковым казаки жили прямо в башне и похоронили их там же.

В исторических источниках упоминается, что острог имел четыре башни, окружённые жилыми избами. Причины, по которым мученики жили в башне, а не в избе, остаются неясными. Исследуя гугл-карту, я сделал предположение о расположении малой церкви.

Во время моего последнего паломничества я нашёл металлический предмет. Я задумывался о его возможном назначении и возрасте. Однако, в итоге пришёл к выводу, что найденная железяка не имеет никакой археологической ценности, поэтому оставил её на месте, сделав лишь фотографию.

Крестоходцы

Теперь попытаюсь рассказать о людях, которые ежегодно идут в крестный ход. По наблюдениям отца Андрея количество крестоходцев с каждым годом остаётся одним и тем же – около 40 человек. Один раз как-то пошло 52 человека – но это максимальное число. Нынче – 33. Когда нас всех переписали возле Пантелеймонова храма в Куке и прозвучало это число, отец Андрей улыбнулся:

– В чешуе, как жар горя, тридцать три богатыря!

Потом к нам присоединились ещё пять человек: Николай со своей дочкой Вероникой, ещё один мужчина, которого я уже видел в крестном ходу в 2009 году, а также мой приятель и соратник Сергеич с сыном Колей (приехали вечером на электричке в Сохондо).

Итого – 38 человек. А если со священником и двумя водителями, то 41. Человек 14 из этого числа – мужчины, остальные – женщины. И пятеро детей – две девочки и трое мальчишек.

Сам я держался в стороне от всех, в разговоры и в дискуссии не вступал – вообще, крестный ход не место для каких-либо лишних разговоров.

Хорошо знали меня только Олег Якушев и Сергеич. Да ещё встретивший нас на Яблоновом хребте Костя Шлямов кое-что поведал обо мне крестоходцам: что я казак, что я блогер… Когда он обо мне рассказывал, я скромно лежал под берёзой на травке и только голову приподнимал, чтобы обозначить своё присутствие – ведь народ хотел видеть того, о ком рассказывает Костя.