Очерки. Том первый

Заплатили 11 рублей, а командировочных у нас было по 30 рублей на человека. Деньги, вся складчина, находились на сохранении у Андрея. Он посмотрел, что первый ужин нам больно дал по карману и сказал:

– Завтра пойдём искать дешёвую столовку!

И такую столовку мы нашли. Подсказала её нам одна бабуля на улице. Идите, говорит, в консерваторию, там дёшево кормят. И мы отправились туда.

Консерватория им. Собинова была недалеко, в начале проспекта Кирова. Консерватория – это визитная карточка Саратова. Здание напоминает по стилю западноевропейское из-за башен, шпилей, стрельчатых окон и кованых решёток.

Внутри она показалось мне мрачной, серой и пустынной. На вахте нас никто не остановил, да и прошли мы туда решительно, как «свои». Это в первый раз. А во второй и последующие раза нас уже там и вахтёры и повара воспринимали как студентов. Готовили там вкусно, но главное еда была нам по карману.

– Нас, наверное, принимают за студентов-заочников, – сказал однажды Андрей.

– Ну да! – подхватил я.

 – У нас квартет!

– «Большой секрет»! – закончил шутку Саша Занин.

Идя в столовую, мы всякий раз слышали голоса певцов, звуки фортепиано, скрипки. Однажды видели в коридоре студента с тромбоном, другого с контрабасом. Они, видимо, перед экзаменом что-то музицировали…

За две недели мы исходили весь Саратов. Два раза были на спектаклях драмтеатра им. К. Маркса – «Оркестр» и «Наш Декамерон», два раза в цирке, в кино, ездили на Соколову гору, где расположен мемориал павшим в Великой Отечественной войне, в Энгельс, что на другом берегу Волги…

Ездили мы везде всем «квартетом».

Были всякие смешные случаи. Возвращались с Соколовой горы, а в салоне таксиста (туда иначе доехать было нельзя, кроме как на такси) играла какая-то «блатная» музыка. Остановившись, Андрюша наклонился к водителю и заговорщицки тихо ему прошептал на ухо:

– Слушай, братан, продай нам эту кассетку!

Водитель, видимо, решил, что мы связаны с криминалом и говорит:

– Да берите, ребята, так…

Ещё мы ходили в музее им.

Радищева на выставку эротического искусства (помню, Андрюша, зашёл, стушевался и сразу дал задний ход) – в общем, развлекались и росли культурно, времени не теряли. Посетили и в единственный на весь 900-тысячный город Троицкий собор.

В гостинице единственным развлечением оставались «видики» да херес. Мы каждый вечер брали по бутылочке за 3 рубля и закусывали его мороженым в вафельных стаканчиках.