Очерки. Том первый

Там было только четыре кресла с обеих сторон, в них сели Саша Занин и Андрюша со своими подопечными, а мы с Олегом неподалёку на ящиках, накрытых брезентом. Так и летели без посадок до Иркутска. Помню ослепительно-белые облака внизу. Пролетел встречный самолёт, оставляя за собой серый шлейф, и Саша Занин сказал: «Будто по снегу мотонарты пронеслись…» И я подумал тогда, что Саша тоже в душе поэт.

В Иркутске мы пересели на вертолёт. Причём, вертолёт, не приспособленный вообще для перевозки пассажиров, мы там просто сидели на голом металлическом полу.

В Чите в Черёмушках нас встречали автоматчики – «чёрные береты», куча людей в штатском. Когда мы увидели своих, сразу гора с плеч свалилась – всё, доехали, можно расслабиться…

Всё это описано в моём рукописном дневнике. Сейчас перечитываю, вспоминаю годы службы – много чего ещё было, при случае расскажу…

P.S. Саша Занин, не знаю, где сейчас. Андрей работает судебным приставом. А вот Олег Банщиков пропал без вести. Его долго разыскивали, но так он и не обнаружился…

10 ноября, 2013

Моя служба в УФСИН

С 1996 по 2012 год я служил во ФСИН – Федеральной службе исполнения наказаний.

Её ещё называют уголовно-исполнительной или пенитенциарной системой. Мне повезло, я оказался на творческой работе – в редакции газеты для осуждённых «Резонанс». Много приходилось ездить по колониям и, конечно, писать, писать, писать… Мой школьный друг Костя Бизяев так охарактеризовал мою деятельность: «Ты повышаешь престиж тюрьмы!».

Один день в колонии

Ещё не успела высохнуть типографская краска на буклете, выпущенном к 15-летию учреждения ЯГ-14/3 по инициативе начальника колонии полковника внутренней службы С. Ж. Базарова, как у него появилась новая идея – начать выпуск периодического издания, газеты для сотрудников уголовно-исполнительной системы Читинской области. Сергей Жамсоевич обратился в редакцию «Резонанса» с просьбой помочь воплотить задуманное, и мы с готовностью принялись за дело.

Выпустить первый номер – это, согласитесь, и интересно, и ответственно, и почётно.

Выехать в колонию решили всей редакцией, не откладывая дело в долгий ящик. И вот утро 18 декабря. На башне вокзальных часов высвечиваются цифры 7.05, которые периодически меняются на —16°С – довольно сносная температура для декабря. Громада возводящегося храма на территории бывшего стадиона еле заметна в утреннем мраке. На остановке стоит, пуская белые дымные облачка, пазик.