Имяславие. На юге России

При фактическом нежелании епархиального начальства детально вникнуть в суть происходивших событий, Мариам (Макаровская) была в 1913 г. (по настоянию нового благочинного о. Сергия (Краснова)) отстранена от управления. Ее место заняла монахиня Серафима.

Новая следственная комиссия, отправленная в Иверско-Алексеевскую обитель для расследования доносов, пришла к следующему выводу: м. Мариам, старец Софроний и Ф. М. Макаровский были обвинены в попрании монашеских обетов, выражавшихся в нечистоте их отношений[255 - ГАКК.

Ф. 468. Оп. 2. Д. 279. Л. 15] и махинациях с недвижимостью, т.е в фактическом захвате общинного имущества.

В отношении недвижимости в следственном деле м. Мариам показала, что «подворье куплено Макаровскими на свои деньги и старца Софрония, а деньги, присланные Решетниковой[256 - Скорее всего речь идёт о Анисьи Ивановне Решетниковой (1836—1916), вдове потомственного почетного гражданина московского 1-й гильдии купца Ивана Степановича Решетникова (1820—1897), совладелице Товарищества по торговле мануфактурными товарами «И.

 С. Решетников и Ко».] и завещанные Кураповой, употреблены на уплату долгов, постройку дома и другие экстренные нужды. Макаровский купил подворье на свои деньги, что до совершения купчей передал Кривенко разновременно около половины и окончательно рассчитался по получении купчей, что ему неизвестно имели ли касание к к покупке подворья общиной Решетникова и Светашев, но знает, что от Решетниковой было тогда получено 3000 рублей, которые и употребили на текущие расходы Общины.

Объяснения эти Мариаммы и Макаровского опровергаются их письмами и телеграммой.

Высланные Решетниковой деньги не могли быть употреблены ни на какие расходы по тому одному, что они высланы именно тогда, когда должен был быть произведен по купчей платеж, о чем писал Решетниковой Макаровский, который поэтому и не мог не знать, какое касание к покупке подворья имела Решетникова.

Если Макаровский прав, что до утверждения купчей передал Кривенко около половины, – что могло быть сделано, так как имелись для покупки подворья общиной деньги от Светашева, Кураповой, имелись получения с почты, производили сборы сестры, – то присланные Решетниковой 3000 рублей были последней уплатой.