Открывая глаза

Но… я думаю, что не стану сожалеть об обещанных мною словах, здесь всё-таки другой уклад, и должна быть другая жизнь, – спокойно закончил Митт, хотя в душе его горел огонь презрения к себе, за то, что ему приходиться открыто врать. Он, конечно же, с самого начала сожалел, что дал это обещание, и теперь, понимая, как любое его действие будет возвращаться к нему же упреком, мужчина очень сильно злился на себя.

– Я всегда говорил, что мне близки ваши взгляды, но по характеру я намного спокойнее, поэтому менее деятельный, чем вы.

– Джерри, не принижай себя, это не украшает мужчину. Если ты считаешь себя в чем-то правым, все остальное должно уйти на второй план. Твои мысли, если они подкреплены правдой жизни, если их наличие не дает тебе покоя – это и есть действительность и в этом есть величие человека. И твои мысли всегда должны переходить в материальный мир, рождая в нем действия! Так что, никогда не бойся своих взглядов! Главное, что ты правильно мыслишь. Ты… ты мне как сын… – и он протянул ему руку.

Джерри ответил Митту рукопожатием, и прибавил:

– У вас есть сын, и он никак не хуже меня!

Пожилой мужчина нахмурил брови.

– Не говори мне про него. Я хотел ему другой судьбы.

– Но он волен выбирать то, что ему хочется!

– Джерри, нет. Не надо! – Митт остановил его движением руки. Откинувшись на спинку, он провел рукой по густым волосам и произнес: – Я бы хотел дожить до того момента, когда твоим детям придется делать свой выбор.

– И вы это обязательно сможете увидеть.

Вы увидите в моих глазах и глазах вышей дочери счастье после выбора нашими детьми своего пути!? – Митт не ответил; посмотрев уставшими, полными боли, глазами на Джерри, он отвернулся к окну, приоткрыл штору и в задумчивости, замер в одной позе.

«Тебе ли меня понять» – думал Митт. – «Он был моей единственной надеждой! Он ведь мой сын! Никому и никогда я не доверился бы так полно, как ему, пойди он за мной! Никто никогда бы не получил от меня больше, чем Пол, пойми он, что я от него желаю! Я жил ради него! Не отступал только ради него! Ради понимания в его глазах и принятия моих дел! Джерри… ты не был со мной на баррикадах и акциях протеста, но ты ближе ко мне, чем мой собственный сын! Ты понимаешь меня с двух слов и хочешь мне помочь, но лишь другими методами.

Ты всё ещё думаешь, что сверху можно изменить всё, хотя ты не прав. Но я тебя не виню, потому что ты думаешь в том же направлении, что и я. Ты хочешь перемен.