Открывая глаза

Оборудования у нас не много, да и работает нас всего семь человека, кстати, один из моих помощников – Грегг Аткинсон, вы наверняка уже познакомились с ним – очень умный молодой человек, – профессор и по отношению к Греггу, который всегда был на хорошем счету у преподавателей, держал себя сдержанно, даже не намекнув, что Аткинсон лучший студент на курсе, из чего Пол сделал вывод, что его-то хвалить сегодня уж точно никто не станет.

– А что конкретно вы делаете? – продолжил расспросы студент.

– Думаю, вы сами ответите на свой вопрос после того, как начнете здесь работать.

– Я разве начну работать здесь? – в недоумении спросил Пол, посмотрев на профессора. Тот ещё шире улыбнувшись, поспешил дать ответ:

– Только если сами того пожелаете, мистер Гудвин. Но знаете, вы бы мне очень помогли. С вашими знаниями – ведь это о вас отзываются так лестно все преподаватели? – с вашими знаниями мы могли бы продвинуться в наших исследованиях очень далеко.

– Мне всё-таки не очень понятно, чем именно вы здесь занимаетесь, поэтому я не могу вам дать какого-либо ответа.

Я же не могу есть старый хлеб, не посмотрев перед этим, не покрылся ли он плесенью.

– Ооо, вы правы-правы, только это всё такие мелочи, о которых вы в полной мере узнаете в первый же день своей работы здесь, – будто бы пытаясь ухватиться за ускользающую надежду, но, не делая их этого серьезной проблемы, проговорил Хованьский. – В двух словах и не объяснишь. Мы работаем с людьми: узнаем, как протекала их болезнь, пытаемся выяснить её причины, последствия; в общем, если хотите, занимаемся статистикой.

Ставим небольшие опыты. Немного занимаемся химией. Если бы в нашу группу вступил ещё один одаренный человек, я бы просил у директора школы ещё кабинет кабинет под лабораторию.

– Вы, всё-таки так ловко ускользаете от ответа, – с дружеской улыбкой заметил Пол, но Хованьский этого не оценил; вперив в него гневный взгляд, однако только на мгновение, профессор так же весело ответил: – Скрывать мне нечего, мистер Гудвин, приходите к нам и вы сами всё увидите и узнаете.

– Не хочу вас огорчать, мистер Хованьский, но я откажусь. Не вижу себя в лаборатории, вашей или какой-либо другой. Я всегда хотел лечить людей, а не придумывать способы лечения или… немного заниматься химией… Это не для меня.

Уговаривать профессор не стал. Трудно было понять реакцию этого человека в тот момент, но Полу отчетливо показалось, что после его слов преподаватель мгновенно потерял к нему интерес.