Шантарский дневник

Добычи у них не было – выстрелы оказались неудачными.

Втроем мы пошли к лайде. Я гордо нес в руке первую добычу на острове. Пусть она небольшая, но все-таки первая утка…

Туман сгущался. Море грозно дышало где-то близко. Огромные глыбы льда и плотного снега, принесенные приливом, хаотично размешались по всему пляжу. Вода в море была чистая, как слеза. А около глыб льда отдавала приятной синевой, иногда с зеленым оттенком.

Дойдя до складов со взрывчатыми веществами, мы повернули на базу. Время было уже позднее.

Утки больше не показывались. Володя-моторист пообещал завтра исправить лодочный мотор и выйти поутру в море попугать уток. Придя в лагерь, мы отдали добытую утку поварихе Марии. Попили чаю и пошли спать. Договорились с Вовиком встать в четыре часа утра и сбегать проверить уток на нескольких маленьких озерах недалеко от лагеря.

15 июня. Воскресенье. Встали в пятом часу – подниматься не хотелось, в палатке было холодно. Но охотничья страсть вытряхнула нас из спальников. Взяв ружья, мы побежали к озерам.

В лагере стояла тишина, лишь молодые собаки гавкнули пару раз для страховки.

Было как раз время прилива. Ручьи наполнились водой. Там, где вчера их можно было спокойно перешагнуть, сейчас стало невозможно перейти даже в болотниках. Туман по-прежнему стоял густой и белый, как сметана. С моря дул холодный ветер с мелкой изморосью. Руки на таком ветре немного замерзали. Но когда быстро идешь, никакой мороз не чувствуется. Тем более что нас манило к себе каждое озерцо. По нашим представлениям там обязательно должны были быть утки.

Действительно, в одной протоке спокойно плавал большой крохаль. Мы присели.

До утки было метров сто. Через минуту прилетела еще одна и села рядом с первой. Они ничего не подозревали и мирно плескались в маленькой протоке. Из дробовика не достать – далеко, поэтому Володя собрался стрелять из мелкашки. Только он прицелился, как вдруг из-за наших спин выбежал Пират, серая собака из нашего лагеря. Повиливая хвостом, он устремился к уткам. Подбежав к воде, он остановился, а утки, заметив собаку, с кряканьем поднялись и полетели по направлению к морю.

Пират вначале кинулся вслед за ними, но потом, видимо, поняв всю бессмысленность этой попытки, остановился, преданно глядя на нас. Но наше отношение к нему в данный момент было отнюдь не миролюбивое. После того как Вовик запустил в песика увесистым камешком, бедная собака поспешила удалиться в лагерь. Она и не подозревала, какие проклятья сыпались в ее адрес.