Русская идея. Бороться с мировым злом

Он выдвигает цели, охватывающие всю Вселенную и все времена, поскольку в понимании философа воскресить необходимо всех ранее живших людей. И в этом Н. Федоров расходился с В. Соловьевым, считавшим, что воскрешены должны быть не все, но лишь достойные. Федоров же настаивал на необходимости всеобщего воскрешения.

Философ декларирует безграничную веру в возможности человека, но не противопоставляет человека Богу, как может показаться. Федоров говорит, что идея победы над смертью – есть исполнение Божией воли, о которой нам сообщено в Писании.

Единение человечества, идеал которого дан Богом («вы во Мне, Я в вас, как Я в Отце»), и всеобщее воскрешение – это предназначение, которое человек должен исполнить, перейдя от своего вечного несовершеннолетия в зрелый возраст.

Федоров верит в Бога и верит в человека. Апокалипсис для него и его последователей – русских космистов – не предопределенное событие, а предостережение.

Федоровский позитивный взгляд на человека и вера в развитие человечества звучат в трудах других русских мыслителей, причисляемых к условной когорте русских космистов: теоретика космонавтики К.

Э. Циолковского, В. И. Вернадского, А. Л. Чижевского, В. Ф. Одоевского, А. В. Сухово-Кобылина и др.

Мы видим, что в целом идеи Федорова перекликаются с видением будущего других русских мыслителей, говоривших о необходимости единения человечества. Однако в отличие от Достоевского Федоров не ищет национальную идею, он говорит о будущем всего человечества. Более того, он не выделяет в своих трудах русский народ как-то особо.

Он говорит о некоем идеальном будущем вообще и «Общем деле» для всех людей Земли. Поэтому не думаю, что мы вправе назвать этот взгляд, эту философскую концепцию русской идеей. Это самобытная, уникальная и дерзновенная мысль русского философа, но всё-таки не русская идея.

И мы подходим к еще одному важному вопросу, с которого, наверное, нужно было начинать: искомая русская идея – это цель, замысел Бога о нации, предназначение, характер народа, смысл его бытия или что-то иное? Многие русские мыслители XIX–XX веков писали о том, что конечной целью развития, прогресса, исторического процесса является единение человечества.

Но это именно цель, некий идеал, к которому следует стремиться. И Федоров размышляет не над русской идеей, но формулирует именно общечеловеческую цель. Поэтому можно сказать, что единение человечества не является русской идеей, хотя сама мысль многим русским мыслителям близка. Впрочем, не только им.