Нерусские русские. История служения России. Иноземные представители семьи Романовых

Вот мнение современного историка. «Исследования позволяют выявить личную мотивацию запретов царя на национальную одежду. В них содержится не только стремление навязать свою волю ненавистному боярству, но – и это главное – сознательная государственная политика, направленная на укрепление и развитие России… Платье поднимало простолюдина не только в собственных глазах, но и в общественном сознании. Принудительно изменив форму выражения сословной принадлежности, Петр вовсе не ставил задачи отказаться от понятия „свой – чужой“ (в значении национальный), что, в сущности, является одной из основных функций костюма.

В известном смысле это произошло стихийно, так как за первоначальный образец были выбраны голландский, немецкий и французский костюмы, а не известное на Руси еще с XVI века и потому уже обрусевшее польское и венгерское платье»[17 - Кирсанова Р. Пошлина на штаны // Родина. 1997. № 1. С. 42.].

Костюм традиционно является еще и своего рода подтверждением определенного социального статуса. Петр I не требовал брить бород от крестьян, составлявших подавляющее большинство населения России, а также от духовенства, однако все другие сословия, и прежде всего чиновничество и боярство, должны были кардинально изменить свою внешность, хотя и могли сохранить свою бороду при уплате специального налога.

Сходные по сути цели преследовали и «ассамблеи» – своего рода светские вечеринки, призванные приучить элиту и сословия, из которой ее ряды могли пополняться, к новому образу жизни.

Идя от внешнего к внутреннему, царь настойчиво внедрял западные традиции, преследуя цели сугубо патриотические, заключающиеся в укреплении мощи России.

Его упорство и последовательность в проведении, на первый взгляд, второстепенных мероприятий зачастую давали позднейшим историкам почву для толков о едва ли не органической неприязни ко всему русскому, и в этом отношении историки, представители академической науки, могут до странности напоминать старообрядцев петровской эпохи, считавших царя Антихристом.

В то же время буйный темперамент царя отнюдь не всегда позволял ему выдерживать рациональную линию поведения.

Его плохо контролируемые вспышки гнева могли наводить ужас на окружающих, а многие вполне разумные распоряжения выглядели капризами тирана.

Практика искусственного насаждения западного образа жизни зачастую выглядела ошибочной и вызывала вполне резонную критику со стороны тех, кто считал царя-реформатора человеком, сбившим Россию с ее естественного пути развития.