Авантюристы Просвещения

с Терсье, одним из руководителей «Секрета короля», где описывается, как якобы уничтожались документы о поездке д’Эона в Россию в женском платье[200 - ААЕ. СР. Angleterre suppl. Vol. 16. Fol. 127–136.]. Публикуя в трудные минуты оправдательные документы, шевалье превращал их в эпистолярный роман о себе самом («Письма, мемуары и частные переговоры шевалье д’Эона», 1764).

Д’Эон всю жизнь собирал рукописи и книги. Конечно, он не был в 1755 г. чтицей у Елизаветы Петровны (как он уверял), ибо должности такой при дворе не было.

Приехал д’Эон с дипломатической миссией в Россию в 1756 г. якобы для того, чтобы стать библиотекарем у графа Воронцова, и, по его словам, удивился, как мало было книг у графа, тогда как сам он оставил в Париже забитую книгами комнату и еще шесть сундуков[201 - Депеша д’Эона маркизу де л’Опиталю, 23 июля 1760 – ААЕ. MD. France. Vol. 2187. Fol. 50; publ. Homberg O., Jousselin F. Un aventurier au XVIII

si?cle, le chevalier d’Еon (1728–1810). Paris: Plon-Nourrit, 1904. P. 21.]. Когда годом раньше в аналогичное путешествие отправился его начальник, шевалье Дуглас, он уверял, что сойдет за «самого отчаянного библиомана, минералога и путешественника»[202 - Депеша шевалье Дугласа, Страсбург, 8 июля 1755 г.

 – ААЕ. СР. Russie, suppl. Т. 8. Fol. 27.].

В Петербурге шевалье покупал книги в лавке Миллера: Эпикур (70 копеек), Мирабо, Руссо, собрание сочинений Макиавелли (4 рубля), книги по русской и французской истории, «Россиада» Хераскова, указы Петра I и др.[203 - Decker M.

de. Madame la chevali?re d’Еon. Paris: France Loisirs, 1987. P. 67.] Правда, на заказ французских вин и нарядов денег уходило больше, но это оплачивалось по статье представительских расходов секретаря посольства.

Д’Эон использовал книги в качестве тайника. В переплете «Духа законов» Монтескье он привез императрице Елизавете Петровне личное послание от Людовика XV. Свою секретную корреспонденцию в Лондоне он хранил в двадцати еловых шкатулках, имитирующих фолианты и озаглавленных «Собрание документов»: он, по его словам, составил и «точный каталог этой библиотеки»[204 - Д’Эон к Терсье, Лондон, 20 января 1764 г.

 – ААЕ. СР. Angleterre suppl. Vol. 16. Fol. 129.].

Параллель между шпионом и поэтом, донесением и книгой достаточно характерна для шифрованного языка дипломатической переписки той поры. Мы помним, как барон де Чуди выдал русским властям своего соотечественника Мейссонье де Валькруассана. В ответном письме к Чуди от 9 (20) марта 1756 г. И. И.