Царство. 1955–1957

Леля уже не плакала, она желала любой ценой отомстить своей лучшей подруге, бывшей лучшей подруге и этому жалкому долговязому смазливому придурку!

В окнах мелькали силуэты веселящейся молодежи. В гостиной отплясывали заводные буги-вуги, – жгли как в последний раз! Изображая барабанщика, Антон энергично отбивал такт на перевернутых фаянсовых тарелках, эмалированном тазу и кастрюле, а в уютном министерском кабинете обаятельный Александр без стеснения целовал министерскую дочь, упрямо расстегивая на ее груди кофточку.

17 января, понедельник

Расположившись у окна, где больше света, Булганин разглядывал фотографии обнаженных женщин. Откровенные фото презентовал ему маршал Малиновский.

«Польки?» – потрясал стопкой Николай Александрович.

«Они самые!» – закивал Родион Яковлевич.

«В одном Бог прав, что создал для мужчины женщину!» – высказался Булганин.

«А не кошку!» – хмыкнул Малиновский. Он был доволен – угодил руководству.

Николай Александрович с нескрываемым удовольствием перебирал сейчас эти фотографии.

Из кармана он извлек еще два снимка, размером больше предыдущих. С первого, стоя на коленях и прикрыв грудь руками, смотрела жгучая брюнетка. На втором она же стояла развернувшись к объективу спиной. Волосы у нее были распущены.

– Белла! – залюбовался маршал.

– А мне посмотреть? – раздался голос. Маршал вздрогнул. Прямо за спиной лыбился Хрущев. Николай Александрович не заметил, как он подошел.

– Хороша! – через плечо оценил Никита Сергеевич.

 – Папа, значит, профессор, а она в неглиже разгуливает?

– Подарок, на память, – смутился Булганин. – Еле уговорил сфотографироваться.

– А если балеринка найдет? – грозил пальцем Хрущев.

– Машка по карманам не лазит, – покачал головой Николай Александрович и, показав на сердце, добавил: – не отпускает Беллочка, моя козочка! Завтра с ней на Валдай едем. – Он бережно спрятал фотографии.

– Раньше ты, как Сталин, от евреев бежал, – подметил Хрущев, – а теперь милуешься.

– Не бежал я ни от кого, что за вздор!

– Ладно, ладно! – примирительно сказал Никита Сергеевич.

– Хочешь, анекдот расскажу?

– Валяй.

Николай Александрович тряхнул седой головой:

– Пришел еврей в синагогу и говорит: «Ребе, я на курорт еду. Это не опасно?» – «Не опасно», – отвечает ребе. «Но там много симпатичных девушек, мне можно будет на них смотреть?» – «Можно», – говорит раввин. «На пляже девушки ходят в купальниках.