Багровое пепелище

Добротно изготовлено, каждая деталька продумана. – Он по-простому представился без армейских уставных ритуалов: – Сержант Василий Ощепков, можно просто Василий.

Глеб кивнул:

– Капитан Шубин, можно просто Глеб.

Ощепков вежливо уточнил:

– А вы курите? Хотите угоститься? – сержант протянул кисет с табаком-самосадом. Но разведчик покачал головой, отчего мужчина немного виновато попросил: – Подымлю тут немного, потерпите? Чтобы на станции потом не вонять самокрутками, там, говорят, санэшелон с нами вместе отправляют.

Не хочу раненых беспокоить, буду терпеть. Хотя привычка дурацкая, вредная, но слаб вот до курева.

– Какие раненые, дядя, – задорно откликнулся на его слова чубатый молодой сапер с мелкими шрамиками по всему лицу. – Это ж поезд на Сиваш, на передовую. Медички с нами поедут в госпиталя полевые, так что не табак готовь, а пряники, а потом и фронтовые сто граммов в ход пойдут. Эх, хорошо поедем, в тепле и с девушками. Так бы до самого Берлина и ехал!

На его шутку расхохотались однополчане, принялись выкрикивать прибаутки, подначивать парня, который так мечтал о встрече с медсестрами из санэшелона.

А смущенный Ощепков пробормотал:

– И правда, чего это я. Кто же на фронт раненых везет, их ведь обратно, – он сощурил глаза от крепкого дыма. – Растерялся чего-то, первый раз на передовую. – Мужчина снова обратился к Шубину: – А вы, товарищ капитан? Трофей в виде зажигалки есть, молодой, в высоком звании, думаю, не раз на передовой бывали?

Шубин смутился его откровенному любопытству, он, как разведчик, привык держаться особняком от военных даже во время вот таких вот обычных разговоров.

Сказывалась многолетняя привычка соблюдать секретность, как правило, о вылазке рассказывать кому-либо запрещалось, в курсе мог быть командный состав, да и тот не весь. Все-таки разведка на территории врага или рекогносцировка на границе фронта – не массовая атака, участвуют в ней два-три человека, и все происходит в тишине, без выстрелов и шума. Но, кажется, сержант Ощепков к скрытности не привык, он совершенно бесхитростно выдал:

– А у меня пересылка на сивашский рубеж, считайте, до самого конца с эшелоном еду. А вас куда отправляют? – и вдруг смутился: – Простите, болтаю как мальчишка от волнения. Не привык я еще к армейским правилам. Раньше инструктором в учебном лагере работал, занятия для ребят вел. Но там как-то, знаете, все же знакомые, забываешь немного про звания и устав.