Пропавший в чёрном городе

Туда часто трофейные фильмы привозят, недавно показывали «Сестра его дворецкого», так здорово!

– Так это же американское кино?!

– Ой, а мы все фильмы, которые не наши, не советские, трофейными называем! Мы «Сестру его дворецкого» ходили смотреть с ребятами с восемьсот двадцатого…

– А чего это за секретный завод такой, ты про него всё цифрами и цифрами?!

Анка замялась, для чего-то даже посмотрела на небо.

– Я обещала… Генка не велел никому говорить. Корабли там военные ремонтируют, вот. Всё, больше ничего не скажу, сам у него при случае спросишь.

Анка улыбнулась.

– Извини.

– Ничего, понимаю.

– Генка пригласил в кино меня и ещё девчонку из нашего дома, билеты нам купил, мороженым угощал…

– Много?

– Чего много?

– Мороженого много было?

– Не-ет… По кружочку. По одному…

Замолчали оба, несколько минут шли в тишине, молча смотрели по сторонам.

Анка заговорила первой.

Шла, по-прежнему не смотрела на Мишку, просто рассказывала, показывала рукой на разные дома, разрушенные и целые.

– Нас с завода на субботники сюда несколько раз возили… Сначала мы разбирали завалы из деревьев и кирпичей на улицах, потом наши военные, комендатурские, придумали создавать продовольственные запасы для питания немецкого населения. Мы перебирали картошку в старых городских хранилищах, проверяли запертые дома и подвалы на предмет продовольствия. А ещё заводские бригады выезжали в пригороды, на хутора, там искали зерно, муку и картошку.

До комендатуры они дошли минут за сорок.

– Только я не знаю точно, работают ли они там сегодня… Видела, как всю неделю собирались, грузовики к ним во двор заезжали, военные, какие-то ящики грузили, коробки. Может переезжают куда?

– Дойдём – посмотрим, разберёмся.

Действительно, около красивого трёхэтажного здания на перекрёстке стояли машины, вокруг которых прохаживались автоматчики. Другие солдаты, без оружия, выносили на улицу, к грузовикам, мебель, упакованные бумаги.

– Подожди меня здесь, мало ли чего… Я сам справлюсь, ладно?

– Хорошо.

– Как получится.

Анка со своим красным велосипедом осталась под деревьями, а Мишка перебежал через дорогу к зданию комендатуры.

– Стой! Куда?! Стрелять буду!

Часовой у дверей, пожилой усатый автоматчик, бросился наперерез Мишке.

– Хальт! Цурюк!

– Я свой, свой! Я русский, из Москвы приехал! Брата ищу! Я по делу.