Русский разговор с «Красной графиней»

К чему это я? А, да! В пне этом самое змеиное гнездо, тепло им, мокро, спрятаться есть где. По весне они там целыми клубками шипят на солнце. Сжечь нужно будет этот пень, облить солярой и сжечь. Как только ветра не будет, чтобы на сухую траву не перекинулось…

То, что хочется больше всего в жизни, – жить без суеты.

Без мелких, нудных обязательств, без принуждений, без обязанностей, не вовремя определённых для него кем-то.

Хочется сделать много, очень много для милых, родных людей. Но только обязательно самому, без ножа у горла и оскорбительных пинков… Ведь когда-то у него неплохо получалось делать хорошее для других.

Но сейчас он беспомощен. Поэтому нужно ждать.

Знал, с чего начнёт: у костра попробовал подробно придумать, как будет действовать.

Сначала – быт.

Нельзя, чтобы мелочи отнимали какое-то время, даже простую минуту, которая скоро может стать очень важной. Он помнил сладкую дрожь настоящего дела, когда мысль настроена как тетива лука и точные строки летят туда, где им положено быть.

Прошёлся по комнатам, выбрал самую маленькую мансарду.

Скоро наступят холода, в такой крохотной будет проще согреться.

Обои смешные, с машинками, воздушными шариками и лукавыми иностранными малышами с рыболовными удочками в руках.

Детская. Для гостей.

Раскладной диван передвинул вплотную к стене, потом кое-как, с остановками, перетащил из дальней комнаты тяжеленную подставку для телевизора. Она больше всего напоминала письменный стол и очень удобно встала у окна.

Позабыв про намеченную очерёдность дел, и понимая, что суетится уж очень как-то по-мальчишески, нетерпеливо устроил рядом со столом обычный стул и сел.

Положил руки на стол.

Напротив – окно.

Простое зелёное поле, далёкий лес. Внизу – кусты, какое-то деревце еле дотягивается и постукивает ветками по стеклу; чуть в стороне, но тоже близко, – густая высокая ель, широкие лапы.

Восток.

Солнце обязательно станет его другом, рассвет будет приходить именно в это окно.

Как же здесь здорово…

Притащил ещё одну тумбочку, поменьше, устроил её у двери. Для вещей. Для рюкзаков.

Опять сел, ещё раз, но уже пристально, внимательно посмотрел в окно.

Тишина!

Только птицы, только птицы, крохотные, стремительные птицы…

Стол, компьютер, блокнот. Рядом ручка, карандаш на всякий случай. Всё ровно, аккуратно.

Опять вскочил, прошёлся по череде пустых распахнутых комнат, собрал все удлинители, какие нашёл.