После флота

На это страшно было смотреть… Танковые орудия с грохотом изрыгали огонь, черные клубы дыма вырывались из горящего Белого Дома! Доигрались сволочи, и демократы, и либералы, и коммунисты! Но многие жители столицы спокойно, даже с любопытством, наблюдали за происходящим…

Ввиду бессмысленности сопротивления Руцкой сдался вместе со всеми своими сторонниками спустя несколько часов после начала обстрела. Жутко об этом писать, но тогда казалось, Россия подошла к порогу гражданской войны, постояла около него и отступила назад.

4 октября Ельцин обратился к гражданам России с оценкой событий в столице как «заранее спланированного фашистско-коммунистического мятежа». Руцкой и Хасбулатов были арестованы. На следующий день в России была запрещена деятельность оппозиционных партий и газет. Вот вам и демократ Ельцин! Утер нос всем революционерам! Седьмого октября главный военный пост страны – Пост №1 – перенесли от Мавзолея Ленина к Могиле неизвестного солдата.

В конце октября 1993 года Правительство Российской Федерации приняло решение об отпуске цен на хлеб. В результате цены выросли в три раза: 190–200 рублей за батон белого и 220–240 рублей за буханку черного хлеба. Многим даже хлеб становился не по карману…

Бандитизм и беспредел в связи с переделом в стране собственности бушевали. Газеты и телевидение ежедневно передавали сообщения об убийствах, взрывах и кровавых разборках. Так, 25 ноября состоялась одна из самых жестоких бандитских разборок начала «лихих 90-х» – расстрел в клубе завода «Рязсельмаш» в городе Рязани, где погибло восемь и ранены девять человек.

Поговаривают, что к концу 1993 года президент Ельцин, обвыкнувшись в Кремле, любил сопоставлять себя с царем. Когда кто-то из журналистов назвал Ельцина «царем Борисом», ему это очень понравилось.

В середине декабря Всенародным голосованием была принята новая Конституция Российской Федерации и одновременно прошли выборы в Совет Федерации и Государственную думу – новый законодательный орган страны.

Заканчивался 1993 год. Год, промелькнувший какой-то мешаниной в умах и каким-то калейдоскопом на экране телевизора. Тяжело обо всем этом писать, даже сейчас.

«За державу обидно!» Хотя в мире происходили удивительные открытия и инженерные прорывы.