Проект «Орлан»: Одинокий рейд. Курс на прорыв. Фактор умолчания

Но «Дельте» требовалось реабилитироваться после провала операции «Орлиный коготь»[70 - Провальная операция «Дельты» по спасению заложников на территории Ирана в 1980 году.].

Это желание (всё сделать своими силами) стало одной из причин отказа британцам на участии в операции. А англичан пришлось посвятить в планы. Во-первых, чтобы не произошло накладок с их стороны, вздумай они совершить воздушный налёт на русский крейсер во время миссии «Дельты». Во-вторых, действовать (хоть и формально) решили под видом бриттов, как воюющей стороны.

Но основными причинами были сложности во взаимодействии групп и из-за аргентинцев. Гальтиери хоть и вынудили на содействие, но он категорически отказался допустить на свою территорию солдат противника.

Для Гальтиери решение пойти на сделку с американцами было далеко не простым.

Ещё в начале апреля янки начинали плавно и обтекаемо, призывая воздержаться от обращения за военной помощью к союзникам по Межамериканскому договору. В уставе этого договора оговаривалась гарантированная поддержка любой американской стране, подвергшейся агрессии со стороны европейской державы.

Это поставило бы Штаты в затруднительное положение – они тоже «сидели» в этом договоре.

Однако разумом Гальтиери понимал и видел приоритеты США – сохранение отношений с Великобританией, как главным союзником в Европе по Североатлантическому Альянсу. Против Советов. А тут, когда казалось, что США сумели путём финансово-экономических и политических рычагов удержать Буэнос-Айрес от контактов с СССР, Аргентина принимает помощь именно от тех, против кого эти альянсы затевались.

Хотелось верить, что именно из-за антагонизма к русским американцы по факту поддерживают бриттов в войне за острова. Но в глубине сидело занозой, что «вот они – англосаксы! Белые люди. И как только дело касалось их интересов, всякие “смуглые” должны потесниться».

И как напоминание всплывало про немецкие торпеды, американские бомбы, которые оказались неисправны. И что-то там всё же не в порядке и с ракетами французов.

Так и хотелось послать всех доброжелателей псевдосоюзничков и советчиков куда подальше, а впустить русских.

Но само поведение Советов было странным! Можно ещё было понять публичное отрицание отношения СССР к крейсеру. Но что посол СССР в Аргентине, что военный атташе, даже в доверительных беседах с глазу на глаз, продолжали гнуть официальную версию, избегая каких-либо разъяснительных разговоров на эту тему.