Там, где пехота не пройдет Суворов. Колонтаенко

Но, может, поздновато вспоминать…

– В землице братья, имена их стёрлись, с кем я делился хлебом и махрой. Из боя выйдя, в танке засыпали, в короткие от боя передышки, одной семьёй, уставшие бойцы. Без сил лежали рядом мы вповалку, в уставшем чреве танка, все забыв.

Хоть зной, хоть стужа, спать всегда хотелось. А до войны ? гуляли по ночам, с подругами встречались в родимой довоенной стороне. О светлой жизни, будущем мечтали, весь день в заботах, танцы вечерком – кружили в клубе вальсы и фокстроты.

До зорьки мы с подругами гуляли, а утром с ног валились, засыпая, за что бранили старшие порой…

Эх, где ж вы, где, денёчки золотые, умчались в бесконечные миры, как облака по небу улетают, назад не возвращаясь никогда…

Марию встретил – милую малышку, голубку белокрылую свою! И чувство в нашем сердце народилось, и зацвело, как розовый миндаль. Её я средь других девчат приметил, ухаживая, сердце предложил. И, сочетавшись, мы с моей Маришей, пошли по жизни торною тропой.

Валера, сын родился в сорок первом ? наш первенец, восторг я не таил, но тут война все планы оборвала…

Как сон кошмарный всё смешалось сразу: о Родине заботы, о своих… Разлились краски, в них беда и горе измазали Надежду чёрным цветом. Он с красным цветом – цветом нашей крови, сливался и с солёно-горьким вкусом, со вкусом слёз напиток тот – коктейль. Четыре года смерти ненасытной, гулявшей по России и в Европе, пока не нахлебались тех страданий, беды со жмыхом, горя с лебедой, пока войну, как бешеную псину, не придавили в логове её.

Сознание война перевернула, взяла нас в плен, согласья не спросив. Впиталась в поры, думы, души, судьбы, калеча и увеча миллионы, она вычёркивала прочь из нашей жизни родных и близких, сделав мир пустынным, как выжженную, знойную Сахару.

После войны, войной мы долго жили, в воспоминаньях сердце бередя, и возвращаясь к прошлым дням жестоким.

И снились сны, в них люди воскресали, убитые друзья и сослуживцы, в них с немцем бьюсь по-прежнему в бою… Те сны я вижу, словно наяву.

Вот и сегодня друг-однополчанин приснился: тихо постучался он в дверь мою, весь пеплом запылённый, с войны вернулся запоздало так. Дверь распахнул – стоит с пустой котомкой, молчит, в глазах его стоит немой вопрос…

? Василий, ты живой? Тебя же в мае шальная пуля прямо у Рейхстага сразила в грудь… Погиб и Павлов, Муковоз и Пушкин.