Город горького шоколада

Они мне: «А где ее взять? Вот что нам присылают, то мы и…» Я говорю: «Да надо же пошарить из бывших работников ЧАЭС, там же была своя дозиметрическая служба. И можно будет создать стационарную группу». – «А ты за это возьмешься?»

Я говорю: «Попробую, но я не обещаю положительного результата-то». – «Ну, попробуй…»

Ну, что. Я пошарил и нашел мужиков, и мы организовали такую стационарную группу. Мне предложили быть ее руководителем. Я говорю: «Я бы согласился, но среди нас есть кандидат наук, как же, я – простой инженер, а подо мной будет ходить кандидат наук».

Ага… Скляров Валерий Палыч. Из Москвы. Ему надо быть руководителем группы-то. Ну, хорошо…

И вот я там четыре года. До 1992-го. И потом, когда они решили, что они всё знают, нашу комплексную экспедицию решили выгнать. Ну ла-адно, ребята… Если вы такие умные, работайте…

И потом я поехал туда последний раз. Мне прислали вызов, чтобы я получил окончательные деньги по контракту. Они же с нами контракт-то разорвали. Вот… Я туда приехал, пробыл там дня три, поглядел… Что мы за шесть лет сделали, они буквально за шесть месяцев всё к чертовой матери порушили.

Вот такая самонадеянность. Амбициозность и всё, больше ничего. Знаний-то было, прямо скажем, не больно много. Там, помнишь, всё говорили «человеческий фактор, человеческий фактор», конечно, и он там присутствовал. Там был и человеческий фактор, там были и технические недоделки, там было и нарушение многих регламентов…

Сюда приехал после Чернобыля, тут мне, как говорится, пенсион подошел.

У меня же выработанный стаж заводчанина. Вот и возраст подошел. Я сначала, пока лето было, вроде бы ничего. Тут сад-огород, рыбалочка, пятое-десятое… Этюды… Осень-то подошла – прямо тоска зеленая. Встречаю одного своего знакомого, а он говорит – в ФИБе образуется новая группа спектрометрии. А мне это дело знакомо. Я говорю: «Давай, поглядим!»

И вот взяли меня туда инженером первой категории, там я и работал.

Ничего, хорошо, всё в порядке, а потом, когда вся эта катавасия-то наступила, в самые худшие ельцинские времена-то, разгром всяких институтов, в том числе и нашего, мой начальник отдела Дёмин был приглашен в наш Центр госсанэпиднадзора и меня за собой потянул.

Вот туда мы с ним перешли.

Так до 2003 года я там проработал. А вот когда случилась-то вот эта бяка-то со мной, то говорят, что есть приказ по минздраву – онкологическим больным работать с ионизирующим излучением запрещено.