Оккультные миражи

Отметьте разницу в горении двух свечей. Затем минут десять постойте под куполом церкви, в центре ее самого возвышенного места. Как правило, совершающий этот ритуал, испытывает в этот момент необычные ощущения, уверяю вас.

– Какие, например? – пробормотал с любопытством Смирнов.

– Ну, например тяжесть, или наоборот легкость в теле, холод или прохладу, многие из людей в этот момент плачут.

Этим ритуалом вы не только защитите себя, или своих близких, но и спасете душу, падшую до вампиризма.

– Очень любопытно, – подытожил Захаров.

 – А, скажите, Сергей Степанович, Марченко в разговорах с вами никогда не цитировал писателя под псевдонимом Шаман? Хотя это может быть и кличка одного из знакомых.

– Нет, признаться не припоминаю, – разведя руками, проговорил старик. Поправляя седые волосы. – Он вообще в разговорах старался не касаться своей теперешней жизни, а уж тем более своих знакомых.

– Хорошо, но тогда может он, объяснял вам, почему его вдруг стали интересовать эти вопросы?

– Значит, пришло время задуматься и ему о бренности нашей жизни, – твердо сказал старик.

Хитро улыбаясь в седую бороду. – Хоть и через китайское учение о смысле жизни.

Проговорив еще около часа с хлебосольным хозяином и получив нужную для себя информацию, гости покинули его небольшой дом, напоминавший чем-то келью в монастыре. Направились, не спеша к оставленной на окраине машине.

– Что скажешь? – спросил Игорь, доставая сигареты.

– То, что это не Шаман – это точно, – отозвался Смирнов, закуривая – Впрочем, понятно, так же, что старик не имеет никаких дел с бандой Валета.

– Согласен. Мне вообще кажется, что он человек, в этой истории абсолютно случайный.

– Я, Валета не могу представить в церкви, заводящим к верху глаза во время молитвы.

– Поправляя при этом пистолет за поясом, – подхватил Захаров.

– Вот, вот. Скорее всего, это какая-то блажь или овечья шкура, которую он пытается натянуть на себя.

– Да, может быть и такое.

– Ну, а, что ты думаешь по поводу всего услышанного сейчас от этого пенсионера?

– Надо будет подумать намедни. – Я, честно говоря, думаю сейчас о том, куда пропал Зайцев. И где сейчас бумаги покойного Андрейченко. Это очень, очень важно и, сдается мне, они нам крепко могут помочь.

– Все менты на ушах «стоят», возможно он затихорился просто где-то.

– А почему не позвонил?

– Ну, может возможности нет, а на руках сам говоришь бомба.