Огонь веры

– Если уж хайноллар захочет, так он и сам тебя не обойдёт стороной, – Инария обернулась назад и застала Лита потихоньку набивающим рот ягодами.

– Я бы поостереглась брать какие ни попадя ягоды в рот, в этом лесу есть и ядовитые, – предупредила она монаха.

– Например?

– Червонник, например. По виду почти ничем не отличается от черники, только красный и слегка просвечивает, если смотреть на него при ярком свете. Несколько ягод вполне могут парализовать тебя.

– Я читал в «Травнике» Гевольта, – он вспомнил об одной из книг в котомке, что висела у него за плечами, – о том, что те ягоды, о которых ты говоришь, часто встречаются в колдовских ритуалах.

– Об этом мне неведомо, – просто ответила Инария, а Лит продолжил:

– Червонник также входит в состав множества зелий. Для травника это очень ценная ягода. Я-то, впрочем, никогда особо не работал с такими аспектами травничества, но кое-что знаю об этой материи.

– Тебя обучали знаниям о травах?

– Немного, – уклончиво ответил Лит, который всё свободное время в монастыре посвящал поиску новых растений и способу их применения в зельеварении.

О червоннике он знал всё, что только можно знать человеку, прочитавшему все известные труды самых достойных зельеваров и переписавшему знаменитый «Травник». Он никогда не находил эту ягоду в природе, потому что в окрестностях монастыря она не росла, но теперь, узнав о том, что здесь она есть, Лит загорелся идеей собрать эти ягоды и вдоволь поработать с ними.

Размышляя о травах и зельях и об их воздействии на человека, Лит не заметил, как тропа, по которой они двигались, стала шире и ровнее.

Теперь на ней встречались даже следы древней каменной дороги. Монах обратил внимание на неё, только когда справа вдруг начали вырастать руины какой-то старой и разломанной постройки.

Инария остановилась у ближайшей стены и отпустила Эрго.

– Нужно проверить, не идут ли за нами, так что побудь пока что здесь, – Инария сообщила это Литу приказным тоном, а после чего, не спеша, пошла обратно по тропе, и даже шагов её было не слышно, так тихо она кралась.

Лит не сразу приметил, что она ушла: его воображение было захвачено мыслями о том, что здесь располагалось раньше, где ныне зияли руины. В голову монаху шли идеи, что это мог быть древний храм в честь кого-то из Старых богов. На это наводило то, что, судя по всему, здание было круглым, а свинцовые белила сохраняли свой цвет даже спустя тьму веков. Развалины не поглотила ни трава, ни земля.