Шаманка. История государства Российского

– От кого? Он сам забияка, не раз и не два предавал мечу и огню нашу Русь.

– Говорят, появилось неведомое войско, в котором воины на нас не похожи, и свирепые, жуть.

Убивают всех, забирают все и жгут хаты. Хозяин ходит мрачный, даже с Варварой не ругается.

– Страшную весть ты принесла, но на Киев они не посмеют напасть, а мы далеко от града стольного.

***

Утро следующего дня Избор встречал на ногах. Еще затемно пришел к Гнедому, сыпнул ему овса, долго гладил, пока не надел недоуздок из крепкого ремня, привязал длинную, в полтора десятка локтей, веревку.

– Прости меня, Гнедой, но это проходят все лошади и даже люди. Ты погулял немного в табуне, а я привязан с рождения.

Боярин со свитой подошел к ним.

– Вот как, и недоуздок одет, и веревка привязана. Наука тебе идет впрок. Веревка не порвется?

– Я ее не вил, – обиженно буркнул Избор.

Василь пропустил дерзость и приказал:

– Начали, с Богом!

Избор подозвал к себе Подкидыша и приказал привязать конец веревки к вкопанному столбу.

Когда все было готово, открыл ворота. Гнедой стоял и настороженно смотрел на толпу людей, будто спрашивал: «Что вам от меня надо?»

– Отойдите все, – потребовал Избор, и для того, чтобы веревка не спуталась и не захлестнула животного, смотал и положил в сторонке.

Все, кроме боярина, подчинились.

– Отойди, здесь будет опасно.

Боярин и конюх несколько мгновений смотрели друг другу в глаза.

– Ты меня учить будешь, – злобно выкрикнул боярин и замахнулся на Избора.

Гнедой испугался замаха и метнулся из загона.

Юноша пытался смягчить рывок коня, но силы были не равны.

Гнедого рвануло привязанной за столб веревкой, он завалился набок. Некоторое время он брыкал ногами, пока ему удалось встать. Он дрожал всем телом, храпел. Веревка не давала ему свободы, он рвался, приседая на задние ноги. Наконец, понял, что освободиться не удастся, бросился прочь. Его ждал еще один рывок и падение, но на его пути стал Избор, который поднял руки высоко вверх.

Обезумевшая лошадь резко остановилась перед ним. Все замерли. Избор осторожно приблизился к Гнедому, потрепал жеребца по шее, что-то сказал ему и побежал по кругу. Гнедой последовал за ним. Через несколько часов, жеребец был в мыле, он позволил заседлать себя, долго сопротивлялся взять уздечку в рот, но Избор настоял на этом. Когда к ним стал подходить боярин, Гнедой захрипел.

– Не надо подходить. Все остальное завтра.