И воздастся вам…

– Ну те как всегда, поближе к американцам – мол, пусть Советский Союз официально объявит о том, что берет на себя всю ответственность за дальнейшие задержки. Французы зато на нашей стороне. Даже пригрозили, что возьмут самоотвод, если процесс начнется без советского обвинителя. В общем, шум поднялся большой.

– Ну и на чем остановились? – озабоченно спросил Александров.

– Договорились еще раз встретиться вечером.

– В Москву уже доложили? – спросил Филин.

– Доложил… Вот последняя телеграмма: «Если на заседании обвинителей будет складываться мнение большинства обвинителей против нашего предложения об отложении процесса, то вы должны заявить, что вами не получено полномочий участвовать на процессе в случае, если процесс начнется без Главного обвинителя от СССР.

И что вы вынуждены будете довести до сведения Советского правительства об отклонении предложения советского обвинителя и о создавшемся в силу этого положении…» Вот такие указания. Что теперь делать?

– Да уж, задачка на вычитание, – насмешливо покачал головой Филин.

– Тут еще разъяснение: «Наше предложение содержит в себе угрозу отказа от участия в начинающемся процессе, но еще не является отказом. Таким образом, наше предложение является способом давления на других обвинителей для достижения нашей цели»…

Наступившая пауза длилась довольно долго.

– Да, попал ты, Юрий Владимирович, – поднял брови Александров. – Тут не задачка, тут логарифм какой-то!

Покровский обвел всех взглядом, явно прося поддержки.

– Тут ведь дело-то еще в чем… Джексона можно понять.

Порядок выступлений предусмотрен следующий. Первая речь – Джексона. Называется «Общий план, или заговор» и будет построена на документах, на анализе доказательств и потому займет два-три дня. После речи Джексона его помощники будут зачитывать суду все документы, на которые Джексон будет ссылаться в речи. Это еще несколько дней. Вторая речь – английского обвинителя. Она займет минимум одно полное заседание. Затем будут зачитываться документы. Третья речь – француза. А там Рождество и Новый год. Руденко будет выступать последним, в завершение. Англичане и говорят: зачем откладывать, если Руденко должен будет выступить через месяц в лучшем случае?

– Оно, конечно, – развел руками Александров, – только попробуй Москве это объясни. И ее тоже можно понять – как же процесс начнется без нас? За что мы кровь проливали?

– Я думаю, Москву больше интересуют нежелательные вопросы, – задумчиво сказал Филин.