Две стороны Луны. Космическая гонка времен холодной войны

Полгода я проходил начальную летную подготовку, и делал это блестяще. Со мной работал отличный инструктор, Чонси П. Логан с позывным Цыпленок[13 - В оригинале – Chick.]; я же должен был к нему обращаться «Мистер Логан, сэр». Цыпленок был усатым и румяным, с грубой кожей. Он был из тех авиационных бродяг, которые ремонтировали и приводили в порядок самолеты времен Первой мировой войны, а потом летали на них от одного захолустного городка к другому, ночуя в сараях и на сеновалах и устраивая авиашоу для местных жителей, катая их в аэроплане за доллар.

Цыпленок Логан учил меня летать, и учил хорошо.

Настоящее счастье летчика нельзя выразить лучше, чем в сонете «Высокий полет», написанном девятнадцатилетним пилотом ВВС Канады Джоном Гиллеспи Мэги, который погиб, когда его «Спитфайр» столкнулся с другим самолетом в облаках в декабре 1941 года. Незадолго до смерти он написал родителям в письме:

Пыль и печаль земли остались позади[14 - © Перевод. Точка Лагранжа, 2014],

И рев винта мажорной стал сонатой.

Я чайкой мчался в вантах бригантин,

Клубившихся в косых лучах заката.

Свобода! В лучших снах не знали вы,

Что можно так скользить, кружить и реять.

В просторе света с ветром мы смели?

В чертогах туч туманной влаги двери…

Но выше – вверх, в темнеющую высь,

В манящий сонм потоков быстротечных,

Куда и лучшим из орлов не вознестись,

Легко поднялся я. И робко подступил

К подножью лестницы, ведущей в бесконечность,

И длань Господню на плече я ощутил.

В этих строфах выражено то самое пьянящее наслаждение, что я испытал, когда моя детская мечта стала явью. И я сам ее воплотил в реальность.

* * *

После Мараны меня перевели на авиабазу Уэбб около Биг-Спринга, штат Техас, – где-то посреди нигде, одна голая степь. Там мне предстояло научиться пилотировать реактивные самолеты, которые тогда были еще в новинку. И там же стало появляться много выбывших – летчиков, так или иначе не справившихся с программой подготовки. Но после шести месяцев на Уэббе я получил свои «крылышки».

На самом деле, получил я их от отца, он был уже в звании полковника. Он приколол свои собственные старые крылышки к моей форме. Меня очень взволновала такая церемония.

После Уэбба я недолго проходил огневую подготовку на различных авиабазах в Техасе и Аризоне – обучался использовать реактивный истребитель как оружие. Тогда я впервые летал на реактивных самолетах, смоделированных как истребители-бомбардировщики.