Мой Кармасан

Одна из них одноименная – деревня Кармасан (ранее Каменка), согласно списку населённых мест Российской империи по сведениям 1859—1873 годов, основное ремесло жителей – плетение лаптей, 78 мужчин и 76 женщин. В 1982 году там было 10 человек, в 2011 году – 1.

Чандарская плита

В 1999 году в Башкирии нашли загадочную древнюю плиту, под крыльцом дома местного жителя, так называемую Чандарскую плиту, где была вылита трехмерная карта местности, Южного Урала. Ученые развели руками, уровень сегодняшних технологий не позволяет ее сделать.

Ого! На ней были указаны реки и возвышенности Башкирии. Река Кармасан где-то в верхнем левом углу плиты. Угадывается предположительно Сикиязка – другая небольшая башкирская речка, правобережный приток реки Кармасан.

Да она вообще древняя!

Потерявшийся ягненок

Однажды я и мой родственник – Валентин Беззубов и самый любимый дядя Вася пошли в направлении деревни Старо-Александровка.

Самой деревни уже лет как тридцать давно уже не было, а название места осталось.

Печальна судьба тысяч деревень в России, не было частной собственности, все работали на колхозы и совхозы, пьянствовали. Не осталось кулаков и мелких собственников. Но в радостное и беззаботном детстве, нас эти проблемы не мучили, мы радостно шли с дядей Васей. Это очень редкое явление, когда взрослые дяди и тети отправляются, пусть даже не большой, но поход.

Мой любимый дядя был столяром-краснодеревщиком. Работал на каком-то фанерном комбинате, в свободное время делал сам различную мебель, устанавливал двери, оконные рамы.

Он подарил, лет сорок назад, мне ножовку по дереву, которая до сих пор служит, когда надо что-то отпилить.

Это было двойным счастьем, что именно сегодня он согласился пойти с нами маленькими пацанами, просто так прогуляться.

Пшеница

Работал во время войны на элеваторе железнодорожной станции Благовар. т. Дуня говорила, что на работу он ходил по десять километров туда и обратно. Вставал на рассвете и приходил поздно вечером.

Он что-то там зарабатывал. Дед мой (его отец) в трудоармии, дядя мой (его брат) Александр на фронте, их восемь человек с ним.

Чтобы прокормить родителей, братьев и сестер, каждый день рисковал быть расстрелянным… У него были особые ботинки, сделанные на заказ. С двойной подошвой. Туда он насыпал зерно. Хотя этого едва хватало на день всей семье.

Я думаю моя бабушка (его мама) отговаривала его от этой затеи, рисковать своей жизнью – потерять своего сына.