Тесинская пастораль. №5

А родимую Русь Змей другой приглядел,

Всё захапать решил: там удел, здесь надел…

И пошёл новый Змей по Руси колесить,

Пуще прежнего стал над народом глумить.

Люд простой всё молчит и тихохонько ждёт:

Может, в помощь опять Мужичонка придёт?

Знаю притчу одну, рассказал мне медведь:

Коль поёшь соловьём, будешь вороном петь.

Будешь русскую кровь да по жбанам сливать,

Ой-да Змиям-врагам за бугор поставлять!

Благодарю тебя

Благодарю тебя за то, что не любил,

За то, что не берёг меня, не нежил,

За розы, что не часто мне дарил,

За то, что жил со мною.

За редкий поцелуй благодарю,

За тёплый взгляд, за трепетные руки,

За то, что я любила и люблю.

За счастья краткий миг и за разлуки…

За всё, родной, благодарю тебя.

Не думай, что давлю тебя на жалость,

Обида стихла, боль давно ушла,

Одна печаль-тоска в душе осталась.

Устала… Не могу… И не хочу.

Живи, с кем хочешь, только не со мною.

Я слишком дорогой ценой плачу.

За всё плачу. И всё ж тебя не стою.

Другая тешит пусть себя мечтой,

Что лишь её одну любить ты будешь,

Что верен будешь только ей одной,

Про день её рожденья не забудешь!

Я выстою. Я всё перенесу!

Все тяготы судьбы и все ненастья.

Одной надеждой я сейчас дышу:

Придёт любовь, а с нею – бабье счастье!

Глафира Копылова

«Стихи стали приходить ко мне после войны…»

Я родилась в 1925 году в с. Тесь и до 16 лет никуда не ездила. Родилась я в семье инвалида (после первой мировой войны с Японией 1914 г.

Нас было трое детей.

Можарин Анатолий Петрович 1909 г.р., Можарин Семён Петрович 1920. И я 1925 года.

Мать умерла, мне было 10 лет.

В школе училась до 7 классов, перед войной всего семь классов было. Рисовала очень хорошо. А в 16 лет я по своему желанию попала в Красноярск, на оборонный завод, в конце 1942 г. И мою подругу Алексеёнок Зою мобилизовали и с ней Филатову Улю, и Тамару Можарину, мою сестру сводную – с осени и по май, следующего года.

Через месяц я уже уехала снова в Красноярск, но не пошла (на завод), потому что увидела плакат – призыв на фронт, и, не раздумывая, пошла добровольно. Через неделю я уже училась под Москвой, в какой-то землянке. И ещё через несколько недель, получила в Горьком машину Шевроле. Встала в ряд с мужчинами.