Воронцов. Книга I

Он изучил первые шесть книг Эвклида («Начала») по плоской геометрии и теории чисел, написанные этим знаменитым греком ещё до нашего века, и начинал осваивать тригонометрию. Миша не считал алгебру скучным предметом «он зачарован и относится к ней с удивительным удовольствием, его учитель, который является одним из самых искусных математиков, очарован им и говорит, что у него нет лучшего школьника». В эти же года Прохор Суворов и Василий Никитин в Санкт-Петербурге перевели с греческого «Начала» и отпечатали учебники в типографии «Морского шляхетного Кадетского корпуса».

К слову, пост директора Петербургской Академии наук до того времени занимала Мишина родная тётка Екатерина Романовна Дашкова (в девичестве Воронцова). Именно она ввела в русский язык печатную букву «ё».

В ноябре этого года умирает Екатерина Великая и на престол взошёл 42-летний Император Павел Петрович. На следующий год весной состоялась его совместная коронация вместе с супругой Марией Фёдоровной.

Отец Миши, Семён Романович в письме к брату выражает «полное сочувствие начинаниям нового Государя». Он так же написал поздравительное письмо новому Императору, в котором, в частности, писал «Ваше Императорское Величество, в 32 милионах ваших подданных, имеете миллионы таких, кои отличнее меня Вам служат; но верьте, всенижайше прошу, что никто из них служить Вам усерднее моего не может»[8 - Архив Воронцовых т. 10 стр.319 Типография Грачёва. У Пречистенских вор. Москва 1876года].

Граф Семён Романович Воронцов несмотря на плохое здоровье принимает предложение от Павла I продолжить службу «хоть и недостаёт сил для службы нашему доброму Государю… я теперь не что иное как плохой выжатый лимон… но всё равно знаниями этой страны могу принести некоторую долю пользы моему Государю». В первые дни правления Императора Павла по настоятельной просьбе графа Александра Андреевича Безбородко Воронцову был пожалован чин генерала от инфантерии, с повышением в звание «черезвычайноаго и полномочнаго посла в Лондоне».

В марте 1797 года Семён Воронцов в очередном письме Императору, в котором, в частности, говорилось о сыне Мише: «…приближающая старость понуждает меня помышлять о жребии детей моих… о сыне моём я не безпокоюсь; ибо, неусыпно стараясь приготовить его, да бы был способен на службу В.И.