Воронцов. Книга I

Здоровье 34-летнего Каменского ухудшалось, и он передал командование генералу Александру Ланжерону и больным отбыл в Одессу. Уже по пути Николай Михайлович лишился слуха, сильно кашлял с кровью и стал понемногу «сходить с ума». Прибыв в город, был доставлен в госпиталь и его продолжили лечить, но всё оказалось напрасно. Генерал Каменский умер в Одессе в начале мая. Русский писатель и филолог Николай Иванович Греч так писал про его смерть: «…кончина молодого блистательного полководца опечалила всю Россию, но нельзя не видеть в этом грустном обстоятельстве милосердия Божия.

Если бы Каменский кончил удачно кампанию с турками, он непременно был бы назначен главнокомандующим армией против французов, никак не согласился бы на выжидательные и отступательные действия, пошёл бы прямо на Наполеона, был бы разбит непременно, и вся новая история России и Европы приняла бы иной вид». Далее в апреле на эту должность был назначен Виленский военный-губернатор генерал Михаил Илларионович Голенищев-Кутузов. Прибыв в Молдавию, он нашёл всего 30 000 армию полностью в разбитом состоянии. Таким количеством солдат было невозможно победить турок, требовалось пополнить армию новобранцами и обучить их. С начала года в армию прибыло 26000 рекрутов из всех провинций страны. Император Александр был уже согласен на мир с турками «не нахожу, ни нужды, ни приличия довольствоваться иною границею нежели Дунай».

В тот год 12 пехотная дивизия состояла из 3 бригад.

В первой как раз и находился Нарвский пехотный полк вместе с Смоленским полком; вторая состояла из Алексопольского и Новоингерманладского полков; в третью входили Орловский егерский полк, и различные гренадёрские батальоны. Генерал-майор Михаил Воронцов был назначен командиром 3 бригады 12 пехотной дивизии, но оставался шефом Нарвского полка. Он написал своим подчинённым «Наставление господам офицерам Нарвского пехотного полка в день сражения». Приведу этот текст с небольшими исключениями: «Ежели полку или батальону будет приказано стоять на месте фронтом под неприятельскими ядрами, то начальник роты обязан быть впереди своей роты, замечать и запрещать строго, чтобы люди от ядер не нагибались; солдата, коего нельзя уговорить от сего стыдом, можно пристращать наказанием, ибо ничего нет стыднее, как когда команда или полк кланяется всякому и мимо летящему ядру. Сам неприятель сие примечает и тем ободряется.