неВойна

– Не растерялся, рыжий! Наш человек, – «альфовец» одобрительно хлопнул Сергея по плечу. Его друзья ржали, обсуждая погоню.

– Супергерои! – подумал Сергей. – Как в фильме, только настоящие.

В тот же день он решил, что должен попасть в «Альфу».

МОЛОДОЖЕНЫ

В кабинет командира части вошел молодой лейтенант – рыжеволосый веснушчатый парень с зелеными глазами.

– Здравия желаю, товарищ полковник! Выпускник Орджоникидзевского высшего общевойскового командного дважды Краснознаменного училища имени маршала Советского Союза Еременко лейтенант Шутов.

Представляюсь по случаю назначения меня на воинскую должность в полк для дальнейшего прохождения службы!

– Так-так. – Командир отложил папку с личным делом. – Значит, из ОрджВОКУ, да еще с золотой медалью? Очень хорошо. Родичева застали? Мы с ним вместе учились.

– Так точно, застал. Мы все его любили. Отличный был преподаватель.

– И отличный офицер. Как он в Афгане воевал!

На столе зазвонил телефон. Полковник снял трубку.

– Да, слушаю тебя.

Подожди, я сам сейчас зайду. – Он встал из-за стола. – Посидите тут минутку, я сейчас вернусь.

Сергей остался один. На стене кабинета висели вымпелы за победы в спортивных соревнованиях, на полке в шкафу стояли кубки и грамоты. «Награждается… – разобрал он, – за победу на турнире по рукопашному бою…» На столе был порядок: перекидной календарь, несколько картонных папок с тесемочками, письменный прибор. Рядом с прибором стояла зажигалка, переделанная из гранаты Ф-1. Он вспомнил учебные гранаты, которые они разбирали на занятиях в училище.

И тот день, когда им объявили о гибели Родичева.

Он погиб в Тарском, где находился учебный центр. Во время осетино-ингушского конфликта на учебку не раз нападали, и было решено оградить территорию четырехметровым рвом, а ближние подступы защитить минными полями. Чтобы избежать случайных жертв, для наружных заграждений использовали имитаторы мин: шума от них много, но осколков нет. И только по внутреннему периметру были установлены настоящие мины – для тех, кого не остановили ни надписи, ни ров, ни взрывы.

По весне, когда конфликт закончился, приступили к разминированию. Мины не извлекали: пролежав в мерзлом и мокром грунте, они становились опасными: среди них могли находиться не сработавшие только из-за того, что замерз ударно-спусковой механизм взрывателя. Поэтому обезвреживали их подрывом. Офицеры-подрывники устанавливали на мины накладные заряды и прятались за танком.