Люди «А». Второе издание

Савельев и Луценко говорили и вели себя как настоящие уголовники – напористо, развязно, но соблюдая понятия. На чеченцев приём тоже произвёл впечатление, так что хозяева получили встречное приглашение – в Грозный, где переговоры должны были продолжиться.

«Альфа» вылетела на Кавказ брать бандитов.

Гостей принимали в богатом грозненском доме. Во время пиршества ворвались бойцы «Альфы». Скрутили всех – в том числе и наших. В интересах дела их отделали наравне с чеченцами и приковали друг к другу наручниками.

– Славно сработано, ребята, – говорит руководитель операции. – Отстёгивайте наших.

Савельев и Луценко крутят головами – где ключи?

– Ключи… Потерял… – мямлит младший сержант.

Мужчины – побитые, помятые, прикованные друг к другу – начали смеяться. Это было и вправду смешно.

Пока искали ключи, побитый Савельев в «браслетах» читал Луценко стихи Цветаевой. Столь же артистично, как пару часов назад ботал по фене.

Это было не единственное приключение такого рода.

1988, осень. Нагорный Карабах

Савельева захватили армяне.

Армянские группировки были отлично подготовлены: их бойцы прошли войну. Их командиры были умны, злы и расчётливы. Воевать с ними было сложно. Обмануть – ещё сложнее.

Анатолия Николаевича не было уже больше суток. Шансы на его вызволение из плена таяли. Откровенно говоря, их уже практически не было.

Четверо офицеров сидели за столом в маленьком доме в горном селении и ломали головы, по сотому разу проговаривая одни и те же соображения.

– Может, всё-таки штурмануть? Попробуем?

– Армяне Савельева убьют сразу. Как только поймут, что мы за ним.

– Да. Эти могут. Но делать-то что?

– Может, всё-таки штурмануть? Есть ещё варианты?

– Штурмануть – не вариант. Они его убьют.

– Мы что-то делать будем? Или мы ничего не будем делать?

Внезапно в дверь постучали.

– Я открою, – прошептал один из них.

Он медленно и неслышно подошёл к двери. Открыл засов. Осторожно, кончиками пальцев толкнул дверь. Через секунду – распахнул настежь.

– Анатолий Николаевич! Вы?!

На пороге стоял Савельев. Он держался одной рукой за дверной косяк и улыбался.

– Что случилось? Почему они вас отпустили? – наперебой восклицали вокруг.