Три царицы – Три Анны. Первый полицейместер

Здесь может быть уместно было бы рассказать о неумеренных выходках, делавшихся при этом столкновении взбалмошным фаворитом, так что фельдмаршал Долгоруков, его дед, человек действительно разумный, с величайшим в себе трудом удерживал его и усмирял в нем безумное желание возмутить в пользу своей сестры гвардию, в которой он состоял майором; но с этих пор излишне будет говорить нам об этом сумасброде… так как, со смертью Царя, род Петра I теперь пресекся, то, как ему казалось, нельзя, без нарушения справедливости, не обратиться к роду царя Ивана Алексеевича, у которого было еще три потомка, а именно: герцогиня Мекленбургская, герцогиня Курляндская и принцесса Прасковья; предпочтение, естественно, должно быть отдано старшей, но она замужем за герцогом Мекленбургским, и можно опасаться, как бы, призвав ее на престол, не ввергнуть Россию в различные затруднения вне государства; между тем нечего будет опасаться того же со стороны герцогини Курляндской, которая свободна и одарена всеми необходимыми достоинствами, так что при ней России можно надеяться лишь на кроткое и мирное царствование; поэтому, его мнение таково, что нельзя сделать иного лучшего выбора для замещения незанятого престола.

В ответ на это мнение прочие министры выразили единодушное одобрение князю Голицыну и стали говорить громко: «Да, да! нет надобности больше совещаться, мы признаем герцогиню Курляндскую своей Монархиней и Императрицей Российской».

Совет отправился тотчас в Кремлевский дворец, где только что принятое решение было сообщено находившимся там, в сборе различным лицам, занимавшим государственные должности; решение это было также единодушно одобрено и утверждено; в ту же минуту даны были необходимом приказания, кому надлежало, позаботиться о провозглашении этой принцессы в качестве Монархини и Императрицы Российской, что было исполнено обычным образом.

Не было вовсе и речи ни о старой царице, ни о сыне покойной герцогини Голштинской, также как и о принцессе Елизавете.