Неоконченный пасьянс

Теоретически он должен видеть всех, прошедших через его перрон к составу.

Ротмистр вышел из-за стола и подошёл к огромной карте железных дорог Российской империи, занимавшей всю стену.

– Я полагаю, что вашей дамочке подходят следующие поезда… – ротмистр задумался на секунду. – Московский в восемь с четвертью, харьковский скорый, отходящий в половине десятого… только надо уточнить, делает ли он остановку в Угловке, я того не знаю… ну и, что там ещё? опять же московский, отходящий в одиннадцать десять. И это, пожалуй, всё.

Московские отходили от второго перрона, а харьковский – от третьего.

– А если спросить кассиров? – подкинул мысль Иванов. – Возможно, её кто-нибудь вспомнит?

– Думаете, она сама брала билет? – с сомнением в голосе ответил вопросом ротмистр. – Хотя, конечно, можно и кассирам показать карточку. Но честно скажу, на дежурных по перронам надежды больше. Они ведь специально людей рассматривают, запоминают багаж и лица, а кассир всё больше за деньгами следит.

Через несколько минут явились вызванные: один из них был в мундире служащего железнодорожного ведомства, двое других – в тёмно-синих жандармских кителях при оружии.

Ротмистр начал с начальника артелий:

– Я попрошу вас, Антон Георгиевич, собрать в нашем дежурном помещении всех грузчиков, работавших вчера до полудня на третьем и втором перронах. Сколько вам потребуется на это времени?

– Ну-у, сейчас посадка на астраханский, – мужчина в железнодорожном мундире на секунду задумался поглядев на большие напольные часы в углу кабинета.

 – Через семь минут он отходит, работники освободятся. У них будет перерыв в двадцать пять минут. Давайте, через четверть часа.

– Договорились. Через четверть часа встречаемся в дежурном помещении команды у перронов.

Железнодорожник вышел и Давыдов обратился к жандармам:

– Вот что, братцы, прошу вас внимательно посмотреть на эту фотографическую карточку и сказать мне, не садилась ли вчера в первой половине дня эта женщина на московские или харьковский поезда. Не спешите, подумайте как следует.

Ротмист протянул жандармам фотопортрет Александры Васильевны Мелешевич.

– Имела ли она сопровождающих? – уточнил один из жандармов.

Вопрос был по существу, а потому Иванов решил вмешаться:

– Мы не знаем была ли она одна или имела сопровождение. Кроме того, мы ничего не знаем о её багаже. Возможно, вы нам расскажите. Обращаю ваше внимание на то, что снимок, который вы держите в руках, довольно старый. Сейчас этой женщине сорок шесть лет.