Катастрофа 41-го. Альтернативная версия

являются популярной темой для рассуждений «Что, если…»

Одновременно сложившаяся традиция ответов на вопрос «Что, если…?» задает определенные «правила хорошего тона» в обсуждении сослагательного наклонения тех или иных уже произошедших событий. Во-первых, расчет предполагаемого хода боевых действий возможен на небольшую глубину, на протяжении сравнительно короткого периода времени. Во-вторых, ветвление (уход в альтернативную линию развития событий) целесообразно сугубо в рамках тех условий, которые имелись в реальности.

Возвращаясь к приведенному выше примеру: если изучение реальных событий приводит к выводу, что японцы технически не могли поднять третью волну самолетов со своих авианосцев 7 декабря 1941 г., то от «сослагательного наклонения» третьей атаки на Жемчужную гавань нужно и должно отказаться. Всегда есть некий «потолок», выше которого прыгнуть невозможно. Например, изобретение пулемета потребовало определенного технического и технологического уровня развития цивилизации. Массовое производство пулеметов в Наполеоновскую эпоху просто невозможно технически.

Дело вовсе не в отсутствии в Европе времен Нельсона и Наполеона своего Хайрема Максима. Если игнорировать эти реалии, то «сослагательное наклонение» становится не более чем беллетристикой, сказкой по мотивам исторических событий.

В приложении к 1941 г. таким «пулеметом «максим» у Дениса Давыдова» являются шапкозакидательские настроения. «Вот если бы не генералы, мы бы тевтонов уже в первые недели гнали до Берлина…» Убаюкивающих сказок о «малой кровью, могучим ударом» не ждите.

Автор не первый год занимается историей 1941 г., и поэтому ему, например, и в голову не придет ставить знак равенства между танковой группой (численностью 150–200 тыс. человек) и советским механизированным корпусом (30–35 тыс. человек) просто потому, что в них по тысяче танков. Разница между 1941 и 1945 г. не только и не столько в генералах, командирах и боевом духе. Существовало множество объективных факторов, таких, как соотношение сил. Впрочем, всему свое время.

Случайности и закономерности

Весной и летом 1941 г. нарушения границы совсем не были из ряда вон выходящим происшествием в Генерал-губернаторстве. Однако обычно заблудившиеся красноармейцы стремились как можно быстрее покинуть территорию чужого государства. Этот же солдат со знаками различия Красной армии, напротив, сразу же бросился навстречу немецкому патрулю. Он повторял только одно слово: «Ангриф! Ангриф!» (наступление – нем.).