Вилы

Пока пугачёвцы громили корпус полковника Чернышёва западнее Оренбурга, с востока, смяв пикеты Ваньки Чики, в город прорвался отряд бригадира Алексея Корфа: 2500 солдат и 22 пушки. Пугачёв так разозлился, что едва не повесил Чику-Зарубина.

Корф пришёл из Верхнеозёрной крепости – главной на дистанции Оренбург – Орск. Крепость стояла у Маячной горы чуть в стороне от Яика. Здесь собирались правительственные команды из Челябинска, Орска и Тобольска. Пугачёв не мог не ударить по Верхнеозёрной. 18 ноября из-под Оренбурга выдвинулись два полка: три тысячи бунтовщиков.

Их вели атаманы с прозвищами Хлопуша и Шара – один каторжник, другой пастух.

В покатых оренбургских степях высятся казачьи горы-маяки, вроде Маячной горы у верхнеозёрной крепости. Горизонталь степи бессмысленна без вертикалей этих гор, как пространство – ничьё и никакое, если его не держат отвага, присяга и честь

Ещё два месяца назад калмык Шара был в Илецком городке крепостным батраком старшины Андрея Бородина. Бородин бежал в Оренбург.

А Шара собрал по степи табун своего хозяина и пригнал Пугачёву 250 коней. Пугачёв произвёл Шару в полковники и назвал Андреем Бородиным. Шара обомлел. Никто доныне не считал его за человека, а тут сам царь Пётр Фёдорыч сделал его сразу казаком!

Шара и Хлопуша прошли вверх по шумной реке Сакмаре, которая бурлила, сопротивляясь ледоставу. Вдоль гребня Гирьяльского хребта Шара и Хлопуша выбрались в широкую долину Яика к Маячной горе и к строптивой крепости Верхнеозёрной.

Её комендантом был немолодой француз, военный инженер Отто де Марин.

Под его командованием было 800 защитников при 19 пушках. С такими силами настоящий француз отобьётся от сатаны, а не только от бунтовской швали. И де Марин отважно отбивался. Огнём орудий и мушкетов разили четыре бастиона и оба реданта крепости Верхнеозёрной. Мятежники откатились. Это было 23 ноября.

Шара и Хлопуша написали Пугачёву донесение. 26 ноября сам Пётр Фёдорыч с войском пожаловал к «транжементу» француза. Пугачёв хотел мести.

В Верхнеозёрной крепости под защитой де Марина осталась жена бригадира Корфа, который привёл подкрепление в блокированный Оренбург, и Пугачёв задумал казнить эту бабу: пускай бригадир Корф пожалеет, что ушёл из своего «транжемента».

Калмыку Шаре было стыдно, что государь наградил его честью, а он подвёл. Шара с саблей в руке первым кинулся на бастион, чтобы государь увидел его преданность. В схватке у пушек штык канонира ударил Шаре в грудь.