Проклятие Древнего Ханаана

Татарина, например, или цыгана – за версту узнаешь… А жид почти как русский – почти?! Его с первого взгляда не всегда угадаешь (и примешь за Ивана Ивановича). Жид – настырен, увертлив… Жида надо вылавливать, распознавать. Жид – это скрытый раздражитель мирной российской жизни, которая, не будь жидов, пошла бы по маслу… И мы были б в раю, когда бы не эти бесы (Терц 1974: 186.)» [62] (с. 224).

Но ведь их обязанности с обязанностями бесов совпадают полностью. У тех и у других одна лишь единственная цель: не допустить русского человека в рай.

Тому примером – практически вся история с ними хоть какого-либо соприкосновения.

«Опасность евреев ведь в том, что это паразитный человеческий тип, особая порода со всеми строго определенными в биологии паразитными качествами. Спрашивается, какая возможна норма для допущения паразитов? Сколько именно блох или клопов вы считаете необходимым держать в своей спальне? Сведущие люди говорят, что уже одно насекомое может испортить нервному человеку всю ночь. Один какой-нибудь микроб, попавший в благоприятные для него условия, размножается в чахотку или чуму.

Ясно, что единственной разумной нормой приема евреев в состав русской школы и русского общества должен быть 0 процентов» [45] (с. 147).

«Но достаточно было сделать небольшой прорыв в черте оседлости, достаточно было впустить в организм Империи всего лишь несколько десятков тысяч евреев, и они, как истинные паразиты, начали множиться с поразительной быстротой и поражать прежде всего нервные, духовные центры нации: общественное мнение, печать, литературу, школу, театр, свободные профессии, причем гнилостное разложение древнекультурного нашего духа очень быстро повело к мятежу…

…составляя 4,2 процента населения, евреи по политическим преступлениям ухитрились составить 29,1 процент» [45] (с.

243–244).

Вот как они обрисовывают свои противоправные по отношению к неевреям действия:

«Любое дело, даже самое доброе, совершенное гоем, только усиливает сатану, любой поступок еврея, даже преступление, способствует б-гу» [91] (с.

58).

А вот какими средствами они всегда зарабатывали на жизнь, чего и не скрывают:

«Основные занятия – посредник, ростовщик, контрабандист, шинкарь, арендатор, мошенник, сапожник и портной. Как и наши соседи цыгане, наши предки были “воры в законе”, поддерживали свою внутреннюю солидарность, а всех посторонних считали “лохами” и “фраерами”, которых надо чистить. Наши предки были порядочной холерой» [91] (с. 60–61).