Литературные котики

Теперь на шее у кота оказался белый фрачный галстук бантиком, а на груди перламутровый дамский бинокль на ремешке. Кроме того, усы у кота были позолочены».

Михаил Афанасьевич сам проживал в этом доме – сначала в одной коммуналке, а затем и в другой. И неоднократно описывал его в разных произведениях. Дом был построен в 1905 году для табачного промышленника Ильи Пигита, как доходный. Илья Давидович владел фабрикой «Дукат». Фабрика специализировалась на дешевом куреве.

А вот с котами реальная жизнь «булгаковского дома» ни коим образом не связана.

Они, конечно же, шныряли под ногами, но не больше, чем в других домах Москвы. Поэтому мы переходим к следующей локации кота Бегемота. Это Торгсин – магазин для торговли с иностранцами на валюту. Он располагался в доме на углу Арбата и Садового кольца. Туда Бегемот со своим приятелем Коровьевым прибыл в образе кота, но, как и в зрелищной комиссии, моментально перекинулся:

«У зеркальных дверей торгсина на Смоленском рынке появился длинный гражданин в клетчатом костюме и с ним черный крупный кот.

Ловко извиваясь среди прохожих, гражданин открыл наружную дверь магазина. Но тут маленький, костлявый и крайне недоброжелательный швейцар преградил ему путь и раздраженно сказал:

– С котами нельзя.

– Я извиняюсь, – задребезжал длинный и приложил узловатую руку к уху, как тугоухий, – с котами, вы говорите? А где же вы видите кота?

Швейцар выпучил глаза, и было отчего: никакого кота у ног гражданина уже не оказалось, а из-за плеча его вместо этого уже высовывался и порывался в магазин толстяк в рваной кепке, действительно, немного смахивающий рожей на кота.

В руках у толстяка имелся примус».

Вот, собственно, и все. Дальше – уже упоминавшийся «Дом Грибоедова», Тверской бульвар и Воробьевы горы. Во всех этих местах не было никакого кота, а был обычный хулиган, человек, пусть и котоподобный. Мы с удивлением обнаруживаем, что Бегемот в кошачьем виде действует всего лишь в трех местах – на Патриарших прудах, в театре варьете и в доме Пигита.

При этом нам казалось, что котом Бегемотом переполнен весь булгаковский роман. Да что там роман – вся Москва!

Кстати, старые москвичи полагают, что в Торгсине от Бегемота полностью отделилась его кошачья сущность. В «Дом Грибоедова» отправился человек, уже никакой не оборотень. А в арбатских переулках остался черный кот – тоже обыкновенный кот, а не котолак.