Черная книга

Эрмелинда погрустнела… Она отчаянно скучала по детям, но двое были далеки, а третий уже никогда не вернется в замок. Эрмелинда плакала по ночам, и жизнь казалась ей пустой и лишенной смысла. Возраст хозяйки Берингара уже перевалил за сорок, и иногда она с грустью рассматривала в зеркале свое отражение.

В 1105 году из далекого Иерусалима вернулся некий рыцарь Андрэ Нижу. Плохо одетый, с горящими глазами фанатика, он долго бродил по Дрездену, разыскивая барона Бибера. Он нашел его на одном из приемов саксонского курфюрста и с бешенным криком «За графа Адольфа Краузе!», ударил его ножом в спину.

Барон умер, не приходя в сознание, на следующий день.

Эрмелинда исполнила долг жены и увезла тело мужа в Берингар. Став в очередной раз вдовой, Эрмелинда сказочно разбогатела, потому что дела барона шли настолько превосходно, что каждый третий саксонец считал его своим личным врагом. Смерть барона решила многие проблемы, Эрмелинда не страдала алчностью и многие должники барона Бибера если и не вздохнули с облегчением, то, по крайней мере, получили и передышку в выплатах, и снижение по процентам.

Эрмелинду ждали в Дрездене – ведь ей было всего сорок три и она была баснословно богата! – но женщина осталась в Берингаре. Она ждала писем от Идан и Астора и сама вела хозяйственные дела замка. Ее мир был упорядочен, чист и светел. Правда, в нем почти не было места для младшей дочери Агнет.

Что касается Готфрида, то верный страж Берингара всегда был рядом со своей хозяйкой.

Когда та принимала гостей в зале, он – в полном вооружении и латах – снова стоял рядом с пустующим троном ее мужа. Фигура рыцаря остужала горячие головы. Она делала несуразные требования более реальными, а часто и просто малозначительными и успокаивала слабых, ищущих поддержки у влиятельной госпожи.

Эрмелинда по-прежнему была красива и ее спокойная, изящная красота могла покорить кого угодно…

12.

Племянника графа Константина Асколонского звали Адалбречт, что в переводе со старонемецкого означало «яркое благородство» и ему было всего девятнадцать лет.

Почти мальчик на вид, он был удивительно красив и едва ли не по-детски нежен благодаря этой красоте. Он и его мать Грета Харман были вынуждены покинуть Святую землю по очень простой причине – граф Аскалонский нашел новую жену и та вела в его замке так, словно Грета – троюродная сестра графа по материнской линии! – была ее служанкой.