Нуониэль. Часть вторая

Его края, с годами, кажется, становятся всё острее. Во время дождя эти чёрные камни намокают и блестят. Однажды, глубокой ночью, когда небо затянули тучи, и вокруг стояла кромешная тьма, я вышел во двор. И лишь мой одинокий факел горел во мраке, но каждый изгиб этих старых стен отражал его тусклый свет, пылая сотней жёлтых огоньков.

– И что же в этом колонном зале? – спросил Девандин.

– Мы храним там припасы. Постройка прилегает к горе и вместо задней стены – просто скала. В этой скале из такого же чёрного камня высечены огромные врата, размером, со всю эту комнату.

Выглядят они жутковато, поэтому солдаты не любят ходить в дальнюю часть склада. Всё, что на складе храниться, расположено ближе ко входу и как можно дальше от этих третьих врат.

– Что за ними?

– Это долгая история. Сам я их никогда не открывал. Однако, – здесь рыцарь замялся. – Когда я только прибыл в форт, я обошёл каждый его закуток. К этим вратам я тоже подходил. Они выполнены из больших каменных пластин, скреплённых железными скобами.

Поверх, врата окованы цепью, звенья которых с мой кулак. Стоя на расстоянии вытянутой руки от этих врат, я чувствовал, как в щелях между каменными пластинами поёт ветер. На своём веку я бывал в катакомбах и подземельях, где держат преступников. Но нигде я не ощущал такого затхлого и холодного воздуха. Если все подземелья, которые мне довелось увидеть, сложить воедино, то и в них бы не зародилось сквозняка подобной силы. В особо тихие ночи, находясь в башне на другом конце форта, я слышу, как лязгают эти чёрные пластины, тревожимые хладными потоками ветров из-под горы.

– Хм, – пожал плечами король. – Из-под горы, говоришь. Я не знал.

Он поднялся. Рыцарь вскочил вслед за ним, но Девандин жестом приказал ему сесть. Король обошёл стол, положил руку на плечо Гвадемальду и сказал:

– Ты ешь, Буртуазье. Бери, ешь, не стесняйся. Потом пойди, отдохни. Людям своим возьми со стола. А завтра приходи ко мне. В полдень. Только не забудь!

«В этом весь король, – подумал Гвадемальд, шагая из малой обеденной залы.

 – Как можно забыть об аудиенции короля!»

Он шёл по длинному коридору, держа в руках свёрток еды, сложенный для него старым дворецким. Из маленьких окошек, выходящих на внутренний дворик, тянуло промозглым ветром. Гвадемальд поглядел сквозь эти оконца на клён. Вот сходил рыцарь на встречу со своим сюзереном, и вся его жизнь уже не та, что прежде, а этот клён продолжает стоять, как ни в чём не бывало.