Ночь Ватерлоо

Правда, Журдан у Флерюса на заре революционных войн поднимал в воздух воздушный шар и вел с него разведку, но Наполеон всю свою жизнь отмахивался от технических усовершенствований, как от пустяков. Какие там воздушные шары и подводные лодки, склепанные из медных листов, когда можно просто взять да и изрубить пятьдесят тысяч человек! Высадившись с Эльбы, он первые ночи вместе с солдатами ночевал в чистом поле и по ночам грелся у огромного костра, рядом с которым ему ставили два стула. На одном он сидел, на другой клал ноги.

Во время марша на Париж Наполеон отказывался ночевать в отелях, где его ждали мягкие кровати, и ночевал в префектурах, над которыми поднимали трехцветный флаг нации, а белый с лилиями флаг Бурбонов спускали. В прогресс медицины он тоже не очень-то верил. В глубоком кармане его серого сюртука всегда была коробка с конфетами, содержащими противную на вкус лакрицу – единственное лекарство от недомоганий, которое он признавал. Он не верил терапевтам, хотя всегда имел рядом с собой личного врача, и полагал, что как в сражении весьма ценна артиллерия, которая убивает наповал, так в лечении ранений ценна хирургия, которая радикально отрезает. Боль в боку этот странный человек лечил, растирая бок мягкой щеткой и массируя ладонью, смоченной в одеколоне, простуду излечивал верховой прогулкой, во время которой потел и таким образом выводил инфекцию из организма. Лучшим средством самолечения он полагал куриный бульон и пост. Долгие горячие ванны были его привычкой, он лежал в них по два часа, в то время как камердинер Маршан или слуга Сен-Дени подливали в ванну горячую воду из кувшинов; но это была роскошь мирного времени, а тут была война. На войне он, как и все, часто спал не раздеваясь и не снимая сапог, бывало, и на мокрой соломе в сараях с протекающими крышами. Но тут был крепкий, уютный бельгийский дом с камином.

Люди императора вынесли из соседней комнаты крестьянские комоды и поставили там разборное сооружение с высокими спинками.

Это была знаменитая походная кровать Наполеона. Великие люди любят спать на жестких походных кроватях, собачьих подстилках и даже просто на полу, завернувшись в плащ – все это якобы должно доказывать нам, сидящим в амфитеатре, их аскетическое величие. В одиннадцать вечера Наполеон попрощался с генералами и ушел спать. Но вряд ли он спал. Я полагаю, что радость глубокого и сладкого сна ему вообще никогда не была свойственна.