Смерть композитора. Хроника подлинного расследования

К этому человеку прислушались и пригласили в морг заведующего кафедрой консерватории.

Тут кто-то из читателей может задаться вопросом: почему Ракитин докопался до этих деталей и к чему все эти рассуждизмы? Детали эти очень важны, поскольку предположение о том, что покойный с большой долей вероятности был опознан ещё в лесу, повлечёт за собой интересные выводы и позволит объяснить кое-какие странности. Но… обо всех причудах и странностях мы будем говорить особо по мере их поступления, сейчас же вернёмся к хронологии событий.

Мазепа уверенно опознал покойного по чертам лица, одежде и шраму на кисти левой руки. По утверждению заведующего кафедрой, повешенным оказался Ивасюк Владимир Михайлович, композитор, обучавшийся во Львовской консерватории по классу композиции. На следующий день – 19 мая 1979 г – опознание было проведено с участием матери Ивасюка, эта процедура дала ровно тот же результат, что и опознание Мазепой.

Кстати, если уж зашёл разговор об опознании трупа матерью, то сразу же развеем одну из многих идиотских легенд, выдуманных в последующие годы разного рода недобросовестными «свидетелями», «знатоками» и «близкими семьи».

Речь идёт о стойко бытующем мифе, согласно которому Софья Ивановна Ивасюк опознала обезображенный труп «лишь по шраму от аппендицита и родинке на спине».

Одна из многочисленных современных заметок, посвященная обстоятельствам гибели Владимира Ивасюка.

Имеет смысл удостовериться в том, по каким же именно приметам мать опознала сына.

В протоколе они перечислены с исчерпывающей полнотой:» (…) по чертам лица, высокому лбу, волосам на голове, шраму на левой кисти.» Ну, а кроме того, мать опознала одежду сына. Как видим, никаких «шрамов от аппендицита» и «родинок на спине».

Совершенно непонятно, зачем пороть ахинею и заниматься выдумками? К сожалению, как мы увидим из дальнейшего, в этом деле откровенного вранья и добросовестных заблуждений едва ли не больше, чем в пресловутом «деле о гибели группы Дятлова», ставшего с некоторых пор классическим примером подтасовок, лжи и мифотворчества т.

н. «исследователей».

Фрагменты протокола опознания трупа от 19 мая 1979 г, в которых перечислены приметы сына, опознанные Софьей Ивановной Ивасюк в предъявленном ей теле.

Вернёмся, впрочем, к хронологии событий.

После второго опознания, проведенного с участием матери, следствие провело 21 мая третье по счёту опознание, на этот раз с участием отца.