Последнее Рождество на земле

– От чего они умерли?

– Еще не знаю, я пока бегло глянул, но анализ на глаз не выявил никаких травм. Когда будешь готова, приступим к вскрытию.

– …приступим?

– Да, я так и выразился.

– А кто тебе сказал, что я буду присутствовать при вскрытии? – растерянно сказала Элен.

– Моя ассистентка заболела, а ты прекрасно знаешь, что один я не могу проводить некрологическую экспертизу. Ты будешь только подавать мне инструменты, не впервой же?

– К сожалению нет, – ответила Элен с отвращением, отодвигая еще наполовину полный красноватого сока стакан, – и уверяю тебя, что это не мое любимое занятие.

– Я тебя понимаю, – угрюмо ответил врач. – Можно взять? – тотчас добавил он хриплым голосом и указал на сок: если он немедля чем-нибудь не запьет, он грохнется на пол, удушенный съеденным у Элен бутербродом. Она кивнула головой, думая, что, судя по аппетиту, Стивенсон только что вернулся с пробежки, а не собирался проводить вскрытие. После чего она подумала, как в него, такого худого и рослого, вся эта еда входит.

Стивенсон залпом проглотил сок, вытер рот тыльной стороной руки и поднялся.

– Готова? – подстегнул он Элен шутовской улыбкой, проскользнувшей по губам.

– Готова, только не понимаю, что тут веселого, – ответила она, раздраженная его манерами.

– Ничего, что может быть веселого в проведении вскрытия? – согласился Стивенсон. – Пойдем со мной, – добавил он и зашагал к моргу разболтанной походкой, улыбаясь в усы.

Джеймс проснулся и почувствовал, будто в голову ему вбили тысячу плотницких гвоздей, он посидел несколько минут, пока спальня не перестала идти кругом. Поначалу недомогание заставило было его задуматься, но потом он рассудил, что, наверное, это от двухдневной напряженности и от того, что он еще не отоспался, Джеймс решил не обращать особого внимания. По шуму воды в душе он понял, что жена заняла ванную, тогда он решил проглотить две аспиринки, чтобы подбодриться, а затем сойти на кухню приготовить кофе, умоется и оденется он потом.

Когда Ева появилась в двери кухни, уже одетая, с перекинутым через руку изящным жакетом светло-зеленого цвета, Джеймс только что разлил кофе по чашкам.

– Только что вскипел, – произнес он, пригласив ее к столу широким жестом.

– Мне страшно жаль, только я опаздываю.

– А не будет лучше, если ты сегодня с нами останешься? – разочарованно спросил Джеймс.